Я почувствовала себя так, словно она заглянула мне прямо в сердце, читая всю правду, как умели это делать мама и Мэнди. Но я не смутилась. И так же прямо посмотрела в глаза ей. Я знала, что Бэтси все прекрасно понимает. И она не жалеет меня, она просто понимает меня, и это было прекрасно.

– Может, я что-нибудь могу сделать для тебя до того, как мы уйдем?
– спросила она.

Я покачала головой и улыбнулась.

– Эй, ребята! Давайте встретимся с Дарси на озере сразу же после похода!

Ребята согласились, взяли свои вещи и направились вверх по тропинке. Я сидела, теребя свой купальник, и смотрела им вслед до тех пор, пока последний из них не скрылся за поворотом.

Как мне хотелось, чтобы сейчас здесь, рядом со мной, оказалась моя Коробка! Но так как я оставила ее дома, я могла только мысленно сочинять для нее письмо. Ну почему я не такая, как все? Почему я не могу пойти вместе со всеми в поход? Опустить ноги в горный ручей? Ощутить пальцами ног перекатывающуюся гальку на дне ручья? Попрыгать через поваленные деревья? Просто шлепнуться в лужу? Побросать камушки с откоса? Полюбоваться видом, открывающимся с вершины горы?

Заслонив рукою глаза от солнца, я смотрела, не увижу ли своих друзей на горной тропинке. Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Еще один День Печали. Ну уж нет! Я не позволю быть этому! Я так решила! Я огляделась, ища глазами бабочку. Но только ветки сосны, покачивающиеся под порывами ветра, были двигающимися предметами в окрестности.

«Господи! Родной! Пожалуйста!
– молила я, сжав пальцы перед глазами.
– Мне сейчас, как никогда, нужно увидеть бабочку! Ну, пожалуйста! Я не могу идти в поход, я не могу увидеть сама творение Твоих рук! Ты сделай так, чтобы какая-нибудь тварь, созданная Тобой, сама пришла сейчас ко мне! Пошли мне бабочку или гусеницу! Кого-нибудь!»

Я шмыгнула носом и огляделась вокруг. Целых десять минут я сидела неподвижно. Но напрасно. Даже ветки сосны, и те перестали качаться.

Я бросила свой купальник на подножку коляски и медленно поехала назад к домику. Мама и папа выходили из дверей, чтобы идти завтракать, и я решила поехать вместе с ними в столовую.

– Ну как раннее купание?
– спросила мама. Она погладила меня по голове, как будто ожидая, что я сейчас начну плакать.

– Я не купалась, - ответила я как можно спокойнее.

В столовой мы сели на свободные места. Папа набросился на горячие оладьи с сиропом, а мама потягивала кофе, закусывая его гренками с джемом. Я же не могла есть вовсе.

После завтрака я пошла на озеро вместе с родителями. Моника тоже была здесь. Мы наблюдали, как Джош пытается освоить каноэ. Мне хотелось тоже со всеми домашними болеть за Джоша, подбадривая его, но мое настроение не способствовало этому. Я просто молча наблюдала за тем, что происходит на озере.

Прошло довольно много времени, а я все оглядывалась вокруг в поисках бабочки. Но нет, на берегу озера их тоже не было.

Неожиданно я услышала крики и смех, доносящиеся из домика молодежи. Я взглянула на часы. Похоже, что компания уже вернулась из похода. «Давай, Джош!» - с неожиданным энтузиазмом закричала я и быстро поехала по дорожке от озера.

– Куда ты помчалась?
– спросила меня Моника.

– Меня ждут ребята!

Когда я наконец остановилась у домика для молодежи, ребята в изнеможении сбрасывали со своих плеч рюкзаки и сваливали их в кучу.

– Ну как поход?

Несколько ребят показали мне волдыри на ладонях, а девчонки платками вытирали лица и руки. Я повернула голову и увидела Эйприл, которая, обнимая Эми, махала мне рукой. Я тоже махнула ей рукой.

– А где Мэнди?
– спросила я.

Эйприл показала в сторону Бэтси, которая отряхивала свой рюкзак от пыли. Позади нее сидели Мэнди и Чип и о чем-то тихо переговаривались.

– Эй, Бурундук!
– обратился Джеред к Чипу, и все рассмеялись.

– Бурундук?
– удивилась я, подъезжая к Мэнди.

Она хотела было уже сделать ребятам замечание, но, увидев, что я подъезжаю к ним, сдержалась.

– Чип - Бурундук!
– хихикала Эйприл.
– Это прозвище теперь будет у тебя в колледже.

Мэнди встала и отряхнула свои джинсы. Она объяснила мне, что на рюкзак Чипа налетело семейство бурундуков, которое утащило все его съестные припасы. Все рассмеялись снова, когда она рассказывала эту историю. Чип старался выглядеть безучастным, но видно было, что он смущен. Бэтси улыбалась. А я старалась не рассмеяться вместе со всеми.

Как только ребята успокоились и пришли немного в себя, они разбрелись по домикам, а Чип задержался возле меня. Он привязал свой шейный платок к моему колесу и спросил: