— Нет, - Виктор отвернулся, чтоб проницательный собеседник не прочел отчаяние на его лице.
– Она была расстроена, искала поддержки, а я воспользовался случаем. Она не по своей воле любит меня. Поэтому и тянется к нему, несмотря ни на что.

— Нет, ты переоцениваешь силу магии, - Велиамор тронул его за плечо.

— Уже темнеет, надо еще проверить пушки, - король коротко кивнул и поспешил покинуть палубу. Маг остался в полном недоумении. Он видел, что проклятие снято, но такой резкой перемены в Кальтбэргах не мог предположить.

"Королева Моргана".

Николь стояла у окна в каюте, разворачивая конверт, но опасаясь читать. Бьянка сидела рядом на диванчике. Солнце уже село, каюту освещали лишь несколько свечей.

— Что он говорил?
– спросила королева, пытаясь узнать о содержании письма по надписи на конверте. Ее имя было написано твердой рукой, ровно, как и само письмо. Вряд ли Виктор исписал несколько листов, прежде чем написал окончательный вариант, как она сама. Зайдя к ней утром, граф долго потешался над ней, вытаскивая из-под стола скомканные листки и читая начало ее неудачных писем.

— Ничего особенного, - ответила Бьянка.
– Много дел и так далее.

— Он бросит меня, закроет в каком-нибудь замке на севере, подальше от столицы, - предчувствовала девушка, прижимая к груди конверт.
– Или вообще отправит с Кристианом.

— Ты этому не рада?
– удивилась княжна.
– Будешь с графом. Он тебя любит и бросать передумал.

— Ты не веришь, что я люблю Виктора?
– спросила Николь, вернувшись на диванчик поближе к свету.

— Я верю, что ты любишь Кристиана, - улыбнулась подруга.
– Разве нет? Ведь он борется за тебя. Он против короля пошел.

— Боги, Бьянка, возьми его себе, такого настойчивого, когда уже не нужно, - возразила возмущенно Николь.
– Я три дня не сплю. Не могу закрыть глаза, вижу его окровавленное лицо.

— Ты о ком сейчас?
– княжна нахмурилась, не желая всерьез воспринимать предложение подруги.

— Извини, я болтаю всякую чушь, - Николь улыбнулась, глаза ее лихорадочно блестели.
– Ты, наверное, устала. Утром заходи ко мне, позавтракаем вместе.

— Хорошо, - Бьянка поняла намек.
– Главное, Еву не встретить.

Девушка вышла, Николь закрыла за ней дверь и села на кровать, вынимая письмо из конверта. Сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди. Но, прочитав первые строчки, почувствовала, что оно замерло, сделав глухой удар.

"Николь, наша разлука продлится еще какое-то время. Оставайся на корабле с матерью и сестрой. Там вы будете в безопасности.

Какое бы решение ты ни приняла, знай, что я всегда буду любить тебя.

Виктор".

Девушка прочла письмо еще несколько раз, после чего сложила и спрятала в карман халатика. Потом погасила свечи и вышла на палубу.

На мостике дежурил рулевой, наблюдая за горизонтом и проверяя курс по звездам. Девушка прошла вдоль около борта, обходя перевернутые шлюпки и посмотрела вперед на плывущие суда. Как и все предыдущие дни, граф уже ждал ее там.

Когда она приблизилась, он слез со своей импровизированной лежанки и подошел к ней.

— Ну, как там, на флагмане?
– спросил он.
– Что Бьянка рассказывала? От матери ничего не добился, кроме планов и стратегий.

— Я получила письмо от короля, - ответила девушка, взобравшись на лежанку и спустив ноги вниз.
– Ты не мерзнешь тут?

— Нет, - Кристиан не стал шутить по этому поводу, видя, что у Николь неважное настроение.
– Что пишет?

— Что в случае его гибели, я получаю все полномочия и корону. Мы должны будем собрать остатки флота, если они останутся, и забрать в Иджу всех, кто пожелает оставить северные земли. И уехать отсюда навсегда.

— Разумно, - кивнул граф.
– Не думаю, что до этого дойдет.

— Тебя он не зовет, - Николь взглянула на него. Мужчина лег рядом, наблюдая за звездами.

— Он знает, что я отдам жизнь, защищая тебя, - ответил Кристиан.
– И не оставлю на утлом корабле посреди моря, пока он там развлекается войной. Для меня ты важнее всего остального.

— Я не стану уговаривать тебя выступать вместе с ними, - сказала задумчиво девушка, всматриваясь в горизонт.

— Почему?
– Кристиан тронул ее за локоть, привлекая внимание.
– Боишься, что меня убьют?

— Да, - она отняла руку, взглянув на него.

— Я небезразличен тебе? А если он погибнет, ты вернешься ко мне?
– спросил Кристиан без тени иронии.

— Возможно, хотя тебе вряд ли понравится то, что ты получишь, - в ее глазах было столько боли, что граф решил оставить этот разговор, не доставляющий ему больше никакого удовольствия.