Следом за Муром из лабиринта коридоров, освещая темный тоннель гнилушками, явились то ли шесть, то ли семь гномов, но по злости они б смогли сравняться с разъяренным львом.

Я знал, я догадывался, что алхимик, помимо норки в дозорной пещере, еще оборудовал себе укрытие. И нос меня не подвел.

Мыши чтоб отгрызли твой противный нос!
– огрызнулся алхимик.- Ну, выследили - и что теперь?

Гномы неловко затоптались на месте: а в самом деле, что теперь делать с надувших их алхимиком? Ясное дело: никакого снадобья, делающего большое - малым, а маленькое - большим, алхимик не изготовил. Да, судя по мирному уюту его норки, сплошь устланной мягким мхом и лепестками цветов, и не собирался. Норка алхимика, по которой вовсю шастали его сородичи, и в самом деле располагала к долгим беседам, сладкому сну или просто к безделью - но уж никак не к работе!

Так!
– Мур явно воображал себя тут главным.- Темные делишки тут творятся, братья! Мало того, что из-за алхимика великан разрушил наш замечательный вход в пещеру, мало того, что он допустил, чтобы человек шлялся по нашим подземным коридорам, конечно, собираясь ограбить,- так он еще и персональный дворец себе оборудовал!

Гномы смущенно переводили взгляд с Мура на хмурого алхимика, который с беспокойством следил за мохнатыми лапками собратьев, цапавшими то одно, то другое в его жилище.

А когда один из гномов ухватил веточку розового коралла, который алхимик раздобыл в смертельной схватке с зубастой щукой, тут уж у всякого иссякло б терпение.

Положи на место!
– прорычал алхимик, пытаясь вырвать драгоценность из цапучих лапок.

Сородич не поддавался, тянул веточку к себе. Раздался кошмарный хруст! И коралловая веточка рассыпалась на мелкие осколки! Алхимик бросился на колени, беспомощно пытаясь собрать воедино утраченное сокровище.

Извини, не хотел я!
– пробурчал немало испуганный и раздосадованный сородич.- Так уж получилось: я - к себе, ты - к себе, вот никому и не досталась!

– - Руки у тебя чесались, да?
– сварливо поднял голову алхимик.- А если б тебя вот так - на кусочки?!

Нет, он еще и угрожает!
– встрял Мур: ему не по нраву пришлось, что вектор внимания сместился в сторону от его выдающейся персоны. Глупые сородичи поискали б алхимика, поругали, да и разбрелись бы восвояси. А Мур, он не таков: он добьется, чтобы прохиндею уж досталось на орехи.

Но почему на орехи?
– вдруг задумался Мур.- Почему не на персики или тыкву?
– мысль о странном выражении, которое Мур подхватил из обихода людей, не давала гному покоя. Он решил отложить расправу над алхимиком на более подходящее время, а пока заняться глубокомысленными размышлениями об орехах, на которые можно заработать, лишь кому-нибудь насолив.

Алхимик, видя, что главный неприятель выведен из строя, а остальная братия занята тщательным разграблением его имущества, попытался улизнуть через боковую дверь.

Но тут же почувствовал, как его тянет обратно чья-то лапа.

Ишь, сбежать хотел,- добродушно ухмыльнулся Глазастик, получивший свое прозвище как раз за то, что видел даже то, что для его глаз не предназначалось.

Нет уж, ты, алхимик, останься!

И как долго мне терпеть ваше общество?
– выпятил гном губы.

Его сородичи тут же собрались в кружок и зашушукались. Правда, Мура пришлось подтолкнуть, но даже и после чувствительной встряски философ вышел из игры, невнятно бормоча: «орехи или персики... А как будет звучать: «Получить на арбуз?»

Г номы, наконец, после дружеских тычков и оплеух в качестве аргументов пришли к единому решению. Вперед, как самый бесполезный, вышел самый худой из гномов. Был он и без того мал и худ, а возложенная на него высочайшая миссия и вовсе непосильным бременем пригнула его к земле.

Алхимик, отрезанный сородичами от выходов, хмуро наблюдал, как повернутся события дальше.

О подлый алхимик!
– пропищал Худой.- Мы выследили тебя и раскрыли твои тайные апартаменты, где, нам кажется, ты и вынашивал предательские планы! Поглощенный тщеславием, ты ввел великана в чертоги подземного царства гномов. И мы собрались, чтобы приговорить тебя, о алхимик, к заслуженной казни!
– тут Худой немного сбился, но тут же ему шепнули подсказку благожелатели, прятавшиеся за спиной Худого.

Что ни говори, а авторитет и власть алхимика, завоеванные им за долгие годы, если не века, так просто преступить гномам не удавалось. Да и побаивались: пусть алхимик и мошенник, а ну, как превратит тебя в лягушонка - и будешь сотни лет квакать?

Алхимик отлично понимал чувства, раздиравшие души сородичей и, к его чести, ничуть не побоялся услышанного приговора.

Как казнить будете?
– деловито перешел алхимик прямо к делу.- Будем голову рубить или в масле меня зажарим?

Гномы зароптали и отступили: о практической-то части они и не задумались!