Зелимхана, а его здесь нет.

Элмарза стоял, растерянно переводя взгляд с одного

на другого. Он явно старался понять, что происходит.

«Вряд ли тебя прислал Шахид, — думал между тем

Зелимхан. — Тут что-то не чисто, ведь, кроме меня и

Зоки, никто не знал о нашем отъезде сюда».

— Простите, — произнес наконец Элмарза, словно

в ответ на его сомнения. — Я не знаю, откуда узнал Ша-

хид, что Зелимхан находится здесь, но он сказал мне:

поезжай в Ногайские степи, найди его там и передай,

что у меня опять есть белый порошок от лихорадки.

Зелимхан сразу насторожился: белый порошок ему

действительно да/вал Борщиков, а значит, и человек этот

прибыл именно от него.

— Хорошо, — сказал абрек, — мы обманули

тебя, — он оглянулся на Зоку. — Но мне сейчас не нужен

белый порошок. Здесь жарко и сухо, лихорадка больше

не мучает меня.

— Но ведь вы собираетесь еще возвращаться в

Чечню?

— Собираюсь, но не сейчас.

Элмарза замолчал, будто взвешивая то, что

собирался сказать. Потом подошел поближе к абреку и

произнес тихо, глядя ему прямо в глаза:

— Шахид еще просил передать вам, что есть

возможность вернуть из ссылки вашу семью. Это очень

трудно, но можно попробовать.

Зелимхан вздрогнул и буквально впился глазами в

своего гостя. Но тот выдержал его взгляд.

— Мне надо поговорить с Шахидом, — выдавил из

себя абрек. — Но я не хочу ехать в Шали. Оттуда уже

несколько раз исходило предательство. Я говорил об

этом Шахиду. Как только я вернусь в Чечню, я вызову

его куда-нибудь в горы.

— Вы можете вызвать его через меня, — подумав,

предложил Элмарза. — Мой дом стоит в стороне от

всякого жилья, у самого леса. Я могу объяснить вам...

— Хорошо, — сказал Зелимхан. — Я подумаю.

Когда неожиданный гость уехал, Зока долго

хмурился и все же не выдержал, заговорил:

— Не хочу расстраивать тебя, Зелимхан, но не

нравятся мне твои связи с Шахидом.

— Почему ты так плохо думаешь о нем, Зока? Он

же был с нами в Кизляре, к тому же он мой родственник.

— Пусть он бывал бы с нами не только в Кизляре,

но даже в Крыму, все равно я не верю ему, — махнул

рукой старый пастух.

— Не знаю... — задумался харачоевец. — Я не

вижу никаких причин для сомнений в его верности...

И потом, он говорит, что можно вернуть Бици с

детьми.

— А правда ли то, что он говорит? — усомнился

пастух.

Зелимхан в задумчивости пожал плечами.

** *

На этот раз Борщиков сам, без приглашения, поздно

вечером явился к штаб-ротмистру Кибирову.

— Хотел пригласить вас к себе в гости, — сказал

Шахид, низко кланяясь. — Но побоялся испортить

дело. Если бы вы побывали в моем доме, об этом

непременно стали бы говорить.

— Вы еще успеете пригласить меня в гости, Шахид.

Вы правильно сделали, что сами пришли.

Осторожность никогда не может помешать, — похвалил ша-

линца Кибиров. — Ну, рассказывайте, что у вас

нового?

— Есть новости, господии штаб-ротмистр, —

Борщиков потер свои пухлые руки, присаживаясь около

хозяина. — Теперь Зелимхан не уйдет из наших рук. Но...

— Опять «но»? — перебил его Кибиров.

— Нет, вы послушайте, господин штаб-ротмистр,

теперь дело наше верное. Вы помните, еще давно генерал

Шатилов говорил, что нужно иметь точный план поимки

Зелимхана? Так вот, такой план есть...

— Это становится интересным, — промолвил

Кибиров, откидываясь на диване.

— Один мой человек может стать близким

другом Зелимхана, но для этого требуется ваша

помощь.

— Какая?

Борщиков немного помялся.

— Надо вернуть из ссылки семью абрека, —

выпалил он, словно сам испугавшись этой просьбы.

— Да вы с ума сошли, господин Борщиков, —

искренне изумился Кибиров. — Это может решить

только генерал.

— Вот об этом я и прошу. Вспомните, ваше