— Опять… — друг спрятал голову между коленей и закрыл голову руками. — Бранд, ну, почему никак не получается? Раньше же получалось. Я всегда мог тебя вернуть.

— Но не теперь. Я уже проиграл, — Карающий, он только что озвучил свою самую страшную мысль, которую упорно избегал.

— В Бездну!.. Я не собираюсь сдаваться!

Ри вскочил на ноги и приложился кулаком к стене пещеры. Тысячи трещин разбежались от его удара, усиленного чужой магией.

— Ри, ты уже даже не понимаешь, что пользуешься моей магией. Я сжигаю тебя… Ты должен вернуть мне меч.

— Нет.

Сирил облокотился лбом о холодный камень, пытаясь избавиться от чужеродной энергии.

— Да, Ри… Это единственный и правильный выход. Тени в Симфонии, я обязан их остановить.

Сирил резко развернулся и заорал:

— А дальше что?! Кто потом остановит тебя?!

Бранд бросил взгляд на разрушенный им камень. Внешняя сила… Всезнающий! Ответ на поверхности.

— Я сам себя остановлю.

— Как? — хмыкнул Сирил.

— Мать твою, Ри, я не так уж и слаб. Магия никогда не сможет сломать меня мгновенно. Прежде чем он она превратит меня в сумасшедшего зверя — я успею освободить теней и уничтожить себя.

Сирил, наверное, собирался спорить, но после последних слов застыл на мгновение, болезненно скривился…

— Ты знаешь, что это единственный выход, — надавил Бранд.

— Бездна, Бранд, ты хочешь, чтобы я дал добро на твою смерть? Какого демона я тогда все эти годы защищал твою гребаную душонку? Чтобы ты покончил жизнь самоубийством? Весело… Всегда знал, что ты полный придурок.

Бранд усмехнулся.

— Приятно было иметь под рукой личного хранителя-хилфлайгона.

Сирил фыркнул.

— Только заигрались мы. Пора каждому пойти по своему пути. И ты знаешь, что я прав…

Сирил сжал и разжал кулаки, борясь с жертвенной натурой целителя.

— Хорошо, — сквозь зубы сказал Сирил. — И как ты собираешься убить себя? Ты не забыл, что ты — видгар. Ты уверен, что попадешь себе в сердце и твоя проклятая магия, позволит это?! Да она сделает все, чтобы твоя рука дрогнула. А меня и не думай просить… Я не так метко стреляю, — у него вырвался нервный смешок.

— Я и не думал, Ри. И моя магия сделает все, чтобы мне помешать, в этом ты прав. И она меня остановит, и в этом ты прав. Но есть нечто, чему она не сможет помешать — руны. Я вырежу руну Хагалаз, освящу её в храме. И вызову её после того, как рассею тени.

Бранд никогда не слышал, чтобы Сирил так ругался. Да он сам бы пришел в ужас, услышав, что кого-то разорвало руной Хагалаз. Просто сейчас даже такая смерть была заманчивей безумия. Он устал. Бороться и не побеждать, знать, что не одержит верх никогда. И он разрушит свою безумную жизнь, как превратившийся под его рукой в пыль камень.

Сирил больше ничего не сказал, молча разомкнул цепи и несильно хлопнул по плечу.

— Озера проиграли первую битву, — без выражения сказал он. — Ты должен успеть к следующей.

— Я успею.

— Я не смогу смотреть на это.

— Я знаю.

— Я постараюсь не вмешиваться.

— Так будет лучше для тебя тоже. Наконец, поживешь спокойно… С Корой…

Сирил вздрогнул. Бранд понял, что его намек достиг цели.

— Я позабочусь о ней, — бесцветно ответил Сирил, пряча обожженную браслетом руку. — Клянусь…

— Не забудь свою клятву, — усмехнулся Бранд.

Не смог сдержать порыва и сграбастал друга в охапку, хлопая по спине. Он прекрасно понимал, что это последний их разговор. Он сейчас совершит первый шаг к самоуничтожению… Его ждет "царство теней". Только он в последний раз наведается к Лелане, чтобы последний поцелуй и её взгляд заставили его активировать проклятую руну.

Он хлопнул Сирила по плечу и открыл портал в комнату убежища…

…Лелана не знала, сколько времени прошло с того момента, как они перенеслись через портал к замку, сколько она билась в истерике в руках Риса, пиная его ногами, колотя руками по голове. Он ни слова не сказал, отволок наверх и держал, пока силы у неё не закончились, и была уже в состоянии только всхлипывать. Потом краткий сон, с кошмарами…

Впервые в жизни была благодарна Рису. Молча взял на себя обязанности магистра и собрал воедино разозненые отряды её капитулирующего войска и ещё успевал заглянуть в её покои, убедиться, что она на месте и в порядке. Да разве могла она быть в порядке, разве после такого люди бывают в порядке… Вилор! Вилор, которого обожали все Озера — погиб. Погиб, защищая её. От чувства вины она не избавится до конца жизни.

К завтраку не притронулась. Даже Магда не смогла расшевелить её застывшее в ступоре сознание. Рис снова нанес ей визит. Упал в кресло, прикрыл глаза. Лелана подумала, что он, видимо, не спал всю ночь.

— Мы отступили на несколько миль, — без выражения сказал он. — Все отряды уже в одном месте. Потери все-таки незначительные. Могло быть хуже.

Вскочила и едва удержалась, чтобы не огреть его чем-нибудь по голове.

— Незначительные?! — Лелана сама от себя не ожидала такого истерического выкрика, но как можно было считать смерть Вилора — незначительной потерей.