Мисс Марпл вошла в магазин и, вынув образец розовой пряжи, объяснила, что ей нужна шерсть точно такого цвета и качества, потому что она хочет закончить вязать кофточку. Подходящие нитки вскоре были найдены, и к тому времени между женщинами уже завязался оживленный разговор, коснувшийся, само собой, последнего несчастного случая. Мисс Мерипит недобрым словом помянула местные власти, до сих пор не удосужившиеся навести порядок на опасных пешеходных тропах.

— Вы ведь понимаете, дожди подмывают камни и они начинают скатываться вниз. Я помню годы, в которые случалось и по несколько несчастий. Однажды камень чуть не убил мальчика, через полгода камень же сломал руку одному мужчине, ну, а третьей жертвой стала старая миссис Уолтер. Она была подслеповата и почти глуха, так что ни грохота не услышала, ни отбежать в сторону не сумела, а люди были слишком далеко, чтобы успеть подойти к ней. Так и погибла, бедняжка.

— Боже, какой кошмар, — покачала головой мисс Марпл. — Такие вещи надолго остаются в памяти.

— Еще бы. Думаю, что коронер вспомнит сегодня о том случае.

— Несомненно. Природа временами жестоко обходится с нами, хотя бывает, что люди сами становятся причиной несчастных случаев, когда просто для развлечения раскачивают и сдвигают с места обломки скал.

— О, есть такие, от которых всего можно ожидать. Правда, чтобы у нас кто-нибудь таким занимался, я ни разу не слышала.

Мисс Марпл подошла к полке с яркими пуловерами и начала разглядывать их.

— Мне не для себя, — заметила она. — Один из моих племянников просил купить ему пуловер. Обожает кричащие цвета.

— Ну, как же, — согласилась миссис Мерипит, — сейчас только такие и в моде у молодежи.

Мисс Марпл несколько минут перебирала богатый выбор пуловеров, но так и не нашла среди них ни одного в красно-черную клетку. Более того, выяснилось, что такой расцветки в магазине давно уже не было. Собравшись уже было уходить, мисс Марпл решила, однако, завести еще разговор о случившихся раньше в этих краях убийствах.

— В конечном счете этого парня поймали, — рассказывала миссис Мерипит. — Красивый был, ничего не скажешь, и образованный, а отец у него, говорят был настоящим богачом. По-моему, он был не совсем нормальным. Если бы его вовремя отправили лечиться, может, ничего бы и не было. Тогда в наших местах исчезло пять или шесть девушек. Полиция многих молодых людей допрашивала — и Джофри Гранта тоже. Вначале все были уверены, что он и есть преступник. Он всегда был каким-то странным, с самого детства. Он частенько приставал к школьницам, угощал их конфетами и предлагал прогуляться с ним на луга… в общем, вы сами понимаете. Короче говоря, подозревали его, но оказалось, что зря. Потом заподозрили другого, Берта Уильямса, но тот по крайней мере в двух случаях был совсем в другом месте — это алиби называется — так что и тут вышла ошибка. Ну, а потом подозрение пало на этого… как же его звали?… Люк?… нет, кажется, Майк. Красивый был парень, как я уже говорила, но на счету у него немало набралось. Воровство, подделка чеков да еще два дела об алиментах. Верно-верно, от него еще раньше две девушки забеременели.

— И эта тоже была беременной?

— Наверное. Когда нашли труп, сначала решили, что это, скорее всего, Нора Броуд, племянница миссис Блеккет, той, что живет возле мельницы. Девочка беспрерывно бегала с парнями и тоже исчезла бесследно из дому, так что, когда через полгода нашли труп, все сначала подумали, что это она и есть.

— Но это была не она?

— Нет… Совсем другая.

— А ее труп, в конце концов, нашли?

— Нет. Может, когда-нибудь найдут, хотя большинство считает, что он где-нибудь на дне моря лежит. Впрочем, никогда не знаешь, на что может лопата наткнуться… Вот в соседнем графстве откопали случайно настоящий клад: золотые монеты, тарелки, даже блюдо золотое… Прямо в поле были. Вот и гадай, на что лемех напорется — на труп или на золотое блюдо? Может случиться, что ее только через сотни лет найдут, как это блюдо, а, может, уже через три-четыре года, как Мери Люкас. Ее нашли возле Ригейта через несколько лет после того, как она исчезла. Одно верно — жестокая штука жизнь и никто не знает, что принесет будущее.

— Насколько я слышала, была убита и еще одна здешняя девушка, — рискнула мисс Марпл.

— Ну да, та самая, труп которой сначала посчитали трупом Норы Броуд. Не помню уже, как ее звали какое-то странное, старомодное имя, теперь таких уже не дают. Жила она в Олд Хаузе. После того, как погибли ее родители.

— В авиационной катастрофе, если я правильно слышала.

— Совершенно верно. Самолет разбился на пути в Италию или, может быть, Испанию.

— И девочку взяли к себе родственники?

— Не знаю, родственники ли, но миссис Глинн была, говорят, большой подругой матери девочки. Сама миссис Глинн жила тогда с мужем за границей, но мисс Клотильда, старшая из сестер, полюбила девочку так, что просто души в ней не чаяла. Ездила с нею в Италию, а потом во Францию, учила всему. Мисс Клотильда — очень образованная женщина, а уж любила ее так, что чуть сама не умерла, когда девочка вдруг исчезла… Не то, что мисс Антея…

— Мисс Антея — это самая младшая?

— Да. Многие говорят, что у нее не все дома. Иногда бывает — начнет на улице сама с собой разговаривать и так при этом странно головой покачивает. Дети ее побаиваются. Немного тронутая, короче говоря. Дядя ее тоже был со странностями. Любил невесть зачем стрелять в саду из револьвера. Гордился вроде бы, какой из него замечательный стрелок.

— Но с мисс Клотильдой все в порядке?

— Ну, еще бы. Мисс Клотильда — умнейшая женщина, даже латынь и греческий знает. Могла бы и университет закончить, но только ей за больной матерью надо было ухаживать. А ту девочку… как же это ее звали?.. она любила, как родное дитя. Потом появился этот самый Майкл… да, именно так его и звали… и однажды девушка, ни слова не сказав, просто исчезла. Трудно сказать, знала ли мисс Клотильда, что та бедняжка была уже в положении?

— Но вы знали…