Я их немедля потащил в лабораторию и, несмотря на все протесты, тщательно обследовал обоих. Все оказалось в норме.

– В чем дело?
– резко спросил Харитон.

– В том, что вы отсутствовали не двадцать минут, как вам кажется, а около двухсот часов! Восьмой день, как мы вас ищем... Понятно?

И я пошел к кают-компании.

После обеда было устроено срочное совещание.

– Неужели вы ничего не помните?
– с недоумением спрашивал селенолог Сидениус, датчанин, с крупными чертами лица и проницательными, добрыми голубыми глазами.

Они ничего ровным счетом не помнили, кроме того, что провели все положенные наблюдения.

– И ничего вам не показалось и снов не видели?
– заинтересованно спросил высокий рыжий пилот Том Дайсон.

Харитон не удостоил его ответом, а Уилки заверил, что ничего им не казалось.

Вика сидела молча, глубоко задумавшись, американцы поглядывали на нее исподтишка, но откровенно любуясь. К великому возмущению Харитона, я сказал во всеуслышание, с улыбкой:

– Мне ясно одно, что если бы Харитон Васильевич вдруг погиб, то к т о т о любезно предоставил бы нам новый экземпляр Харитона Васильевича. То же самое произошло бы и с мистером Уолтом.

– Как это понять?
– серьезно и озабоченно спросил Сидениус. По-английски я говорил не слишком блестяще, поэтому Уилки по моему знаку разъяснил своим коллегам ситуацию - странную историю, происшедшую со мной.

Том присвистнул и тотчас извинился перед Викой.

Яша сказал, что идет в радиорубку на сеанс связи.

Харитон был взбешен. В вопросе о гласности мы всегда с ним расходились. Но я был убежден, что вся эта необъяснимая история касается всего человечества, и нечего делать из этого секрета лишь потому, что мы не можем этого объяснить.

Выслушав Уилки, Сидениус заявил, что необходимо в самом срочном порядке произвести разведку на обратной стороне Луны, еще совсем мало исследованной. Ведь если там укрываются инопланетные существа, то у них ведь Тоже должна быть какая-нибудь база... укрытие?

Было решено, что Литл-Америка завтра же начинает поиски. Если мы желаем принять участие, нам могут предоставить два места в реактолетах, или, в просторечии, "пауках", прозванных так из-за длинных членистых стальных ног.

Харитон сухо поблагодарил. Вошел Яша с радиограммой в руке и, подавив вздох, подал ее Харитону. Тот прочел и нахмурил широкие брови.

Всех четверых отзывали немедленно в Москву, даже не дожидаясь прибытия смены. Уилки возвращался на свою базу. Обсерватория на несколько дней прекращает наблюдения. У нас едва хватило времени уложить вещи и лабораторные записи.

В эту последнюю ночь мы, не сговариваясь, собрались все вместе в башне у астрономов. Общая беда объединила нас, даже Харитон был мягче обыкновенного.

– Не знаю, допустят ли нас еще на Луну,- высказал он то, что его терзало.- У каждого из нас остается здесь непочатый край работы. Особенно у меня...

– Неужели нам не поверят?
– воскликнула Вика.- Разве это может быть?

– Никто не подумает, что мы лжем,- мрачно заверил Харитон,- а лишь то, что наша нервная система и психика не выдержали второго срока на Луне. Не забывайте, что это как раз и был эксперимент. Теперь никому никогда не продлят пребывание в Лунной обсерватории.

Я подошел к панорамному окну и хотел отдернуть занавеску.

– Не надо!
– поспешно остановила меня Вика.

– Ты боишься?
– вполголоса спросил ее Яша.

– Да. Да! Мы-то ведь знаем, что там за стенами какие-то могущественные существа. Они могли возродить Кирилла! Кто они? Друзья или враги? Почему не объявятся открыто? Где-то в лунных пещерах у них база... Что им нужно от нас? Зачем они брали Харитона и Уилки? А еще раньше Кирилла?

– Меня интересует, кто они?
– сказал я.-Откуда? Уже известно, что и на Марсе нет разумных существ...

– Что мы знаем о Марсе?
– перебил меня Яша.- Только начали осваивать, и столько несчастных случаев... непонятных и необъяснимых. Как будто кто-то не хочет, чтоб мы лезли к ним. Не хочет вступать с нами в контакт.

– Не верю я ни в каких зеленых человечков!
– упрямо и угрюмо возразил Харитон.

– А как же ты объяснишь...- начала было Вика, он бросил на нее раздраженный взгляд.

– Никак. Не знаю. Но не верю.

– Харитон всегда был противником теории обитаемых Миров,- усмехнулся Яша.

– Объяснять придется еще многое,- уверенно бросил Уилки и зевнул.Спать уже нет смысла ложиться, скоро за нами прибудут. Крепкого чая или кофейку разве выпить. Где наш Вакула?

– В оранжерее. Я пойду сварю кофе,- предложила Вика, вставая. Яша поднялся, чтоб ей помочь.