В углу комнаты стояла пузатая печка. Я подошел к ней, чиркнул спичкой и сжег письмо с конвертом.

Вдруг мне захотелось отказаться от дела. В конце концов я не был детективом. Я был бродячим ковбоем, бравшимся за любую работу. Однако вся штука была в том, что я уже не мог вернуть полученные деньги. И я не был уверен, что меня не убьют, если я брошу работу. Может быть я уже знал слишком много, или мои враги думали, что я знал слишком много.

Единственный выход находился в конце тоннеля, и был обязан отыскать туда дорогу.

Больше того, теперь я беспокоился о девушке, которую взялся найти, Нэнси Хенри. Все, что случилось, случилось из-за нее, и она сама могла быть в опасности. Я не переставал задавать себе вопрос: с какой стати Джефферсон Хенри так старался найти ее. Возможно, хотел защитить? Взгляд в прошлое Хенри мог оказаться полезным, если бы у меня в запасе было лишнее время.

Чтобы показать, что продолжаю работать над этим делом, я сел и написал несколько писем людям с темным прошлым и без него, которые могли знать Магоффинов, Уэйда Халлетта, Джона Топпа и даже Джефферсона Хенри.

Незадолго перед тем, как пришел поезд, я отнес письма на станцию и отправил их с почтовым вагоном. Некоторые из них затем дилижансом доставят в места, находящиеся вдалеке от железной дороги.

Надежды мои были слабыми, и все же некоторые из этих людей были в курсе того, что происходило, потому что среди преступников секретов почти не было, и информация часто помогала сохранить жизнь.

Ко мне пришла идея. Если за мной следят, значит, я должен делать все так, чтобы не вызывать подозрения, а я должен просмотреть багаж, который держала для меня Пенни Логан, и отправить его обратно, также не вызывая подозрений.

Зайдя в магазин, я слонялся по нему, пока ко мне не подошел хозяин.

– Ищете что-нибудь особое?

Убедившись, что в магазине нет ничего подобного, я сказал, что ищу большой чемодан.

– Похоже, мне придется съездить в Сент-Луис, - сказал я достаточно громко, чтобы меня услышали остальные покупатели, - и мне нужен вот такой чемодан, чтобы хранить вещи, пока я отсутствую.

Руками я показал слишком большой размер чемодана.

– Не думаю, что у меня есть такой большой, - признался хозяин.

– А есть здесь магазин Ларкина?
– спросил я.
– Может быть есть у них?

– Ларкин? Это не здесь, не в городе, а в двадцати милях к западу. Да, у них может быть. У них очень большие запасы товаров.

– Заодно прокачусь на поезде, - сказал я.
– Вы катались?

– Нет, - сказал хозяин, - и не хочу. Слишком быстро для меня. Один железнодорожник сказал, что они едут до сорока миль в час! Он, конечно, лжет, но даже так слишком быстро для меня.

– Что вы говорите! Мне это нравится. Может просто прокачусь к Ларкину.

– Извините, что ничем не могу помочь вам. У Ларкина больше места, чем у меня, он может себе позволить хранить такие громоздкие вещи.

Когда я возвращался обратно к ресторану, все было тихо, только играло пианино в "Золотой шпоре". Войдя к Мэгги, я увидел за столиком у окна Джна Топпа, и более, чем вероятно, он наблюдал за каждым моим шагом, чего я и добивался.

Подошла Молли Флетчер и взяла у меня заказ.

– Собираюсь прокатиться на поезде, - похвастался я.
– Еду к Ларкину кое-что прикупить, новый чемодан и все такое прочее. Вы когда-нибудь ездили на поезде?

– Да.

– Я поеду туда и обратно. Туда в полдень, обратно вернусь к ужину. Что-то не верится. Слишком быстро.

На самом деле я часто ездил на поезде, но они не могли этого знать. Я ездил первым классом, вторым и третьим тоже. Я начал объяснять, зачем мне нужен большой чемодан.

– Там, в Сент Луисе надо выглядеть как следует, - сказал я.
– Хорошо одеваться и все такое прочее.

Молли работала быстро и ловко. На ней было полосатое льняное платье и передние. Выглядела она просто здорово.

– Как вы себя чувствуете в роли совладелицы ресторана?
– спросил я.

Джон Топп ел, но при моем вопросе его рука замерла на полпути ко рту.

– Мне нравится. В первый раз чувствую, что нашла свое место, а мистер Шафер относится ко мне почти как отец.

– Если кто-нибудь вздумает вас беспоить, пожалуйтесь ему. Этот старик умеет обращаться с ружьем. Мы с ним встречались как-то в прошлом.

Молли подала мне ужин и вышла на кухню. Кроме меня и Топпа в зале сидели еще двое: худой, пожилой мужчина, который, как я видел, сошел с поезда, и китаец. Это был не простой Джон-китаец из прачечной, а аккуратно одетый, симпатичный человек лет пятидесяти. Я был уверен, что его костюм был пошит в Лондоне, потому что мой брат учился в Лондоне и одевался у лучших портных. Кстати, он и сейчас был там.