– Откуда же?
– Заир Шах был, как всегда, скептичен.

– Видел. Он ковырял им в зубах...

– В чьих зубах?
– зарвался гнусный старикашка, но сразу опомнился, фыркнул и отвернул физиономию.

Пеппо не стал ему отвечать. Жалобно посмотрев на Бенино, он вздохнул и опустил голову. В глазах брата он не увидел понимания, и это его расстроило. Ведь он сам всегда говорил: "Будь честен. Будь честен всегда, во всем, и с каждым". Сейчас Пеппо следовал его совету и был честен, за что же такой суровый взгляд?

– Дорогой, Лумо Деметриос мог ковырять в зубах любым другим кинжалом.

– Но, Бенино, - воскликнул Пеппо, чуть не плача.
– Ты же знаешь, что я не ошибаюсь! Рукоять того кинжала была усыпана алмазной крошкой и покрыта каким-то прозрачным веществом - точно так, как у кинжала в спине... в спине Сервуса...

– Мальчик прав, - мрачно сказал Гвидо, хмуря белесые брови.
– Это действительно кинжал Лумо, я тоже узнал его...

– Так что ж тогда ты мучаешь нас?
– удивленно произнес Леонардас. Зачем ты задаешь эти глупые вопросы, если знаешь сам, что Сервуса убил твой братец? Кстати, где он?

– Фи, Леонардас, - поморщился философ.
– Как ты можешь говорить с такой уверенностью? Я не думаю, что Лумо способен на хладнокровное убийство, а кинжал - ещё не доказательство.

– Доказательство, - все так же мрачно пробурчал Гвидо.
– Но одного доказательства мало - надо, чтоб Лумо сам признался...

– А если он не захочет признаваться?
– Заир Шах с превосходством оглядел остальных гостей.
– С чего бы ему признаваться? И вообще, где он? Где твой Лумо? Тьфу ты, какая глупость! Прошу тебя, мой маленький друг, оставь свои вопросы и позволь нам разойтись по комнатам. Всем необходимо отдохнуть.

Маленький друг Заир Шаха покорно кивнул, при этом зеленые кошачьи глаза его блеснули чуть раздраженно. Пеппо понял: он желал продолжать, но не смел, ибо главным подозреваемым считался его родственник.

– Но все-таки где же Лумо?
– Маршалл был, казалось, встревожен.
– Не сердись, Гвидо, но его исчезновение и есть лучшее доказательство причастности. Тебе-то он сообщал, что хочет уехать?

Младший Деметриос отрицательно покачал головой.

– Ну, вот видишь...
– расстроенно пробормотал тимит.

Снова наступила пауза. Пеппо готов был провалиться сквозь землю, потому что чувствовал себя виновником того, что произошло. Он тоже не мог поверить в то, что добродушный белый медведь оказался способен убить рыцаря из-за какого-то камня, пусть даже и ужасно дорогого и красивого. Но правда есть правда, и промолчать он тоже не мог.

– У меня есть план, - вдруг сказал Бенино, обводя взглядом всех присутствующих.
– И, думается, недурной.

– Ну-ну?
– с любопытством вытянул длинную шею Леонардас.

– Первое: до выяснения причины смерти Сервуса никто из нас не должен покидать этот дом. То есть, конечно, можно гулять и прочее, но из Лидии уезжать нельзя. Абстрагируясь от несчастного Лумо, представим, что сбежать вполне может убийца. Я далек от того, чтобы подозревать всех. В общем, я никого и не подозреваю. Но все мы обязаны быть в равном положении. Согласны?

Судя по вытянувшимся физиономиям собравшихся, они были отнюдь не согласны, но высказать неодобрение не решались.

– Второе: мы - я и Гвидо - будем искать Лумо, а заодно (надеясь на счастливый случай) Лал Богини Судеб, и оставляем за собой право в любое время обратиться к любому из вас с любым вопросом. Прошу не противоречить мне. В конце концов, если вы невиновны, вас должно только радовать то, что мы пытаемся снять с вас подозрения.

Гости уныло кивнули. Бенино был, как обычно, убедителен.

– И третье: почему бы убийце не признаться? Прямо сейчас - и тогда мы вместе подумаем, что делать. Но украденный камень тогда, ясно, придется вернуть, ведь у Сервуса есть наследник...

– Кто?
– разом выдохнули Заир Шах и Леонардас.

– Я, - скромно ответил Бенино.

* * *

Пеппо смотрел на брата, широко раскрыв рот. Пожалуй, и в детстве он не выказывал так явно своего изумления. Даже он, его родной и самый любимый, ничего не знал! Бенино - наследник Сервуса Нарота! Богача, который мог бы купить всю Лидию и кусочек соседнего Тима впридачу!

– Это меняет дело, достопочтенный философ, - сухо произнес Маршалл. Пусть первый подозреваемый Лумо Деметриос - ибо сбежал, но второй уж всяко ты.

– Зачем бы я стал тогда красть Лал Богини Судеб?
– обиделся Бенино. Он и так бы принадлежал мне.

– Кто ж тебя знает, - ядовито ухмыльнулся Заир Шах.
– Может, вступишь в наследование, да через пару лун и обнаружишь где-нибудь в саду под персиковым деревом сие сокровище.

– Почему под персиковым деревом?
– философ был явно растерян, а потому не так сообразителен, как всегда.