– Запутанное дело, мне такое еще не попадалось, - вздохнул Мбуви.
– Не исключено, что у него в Кикороке друзья, только вряд ли ему будет от них какой-то прок.

– И я так думаю. Впрочем, он может выкинуть какой угодно фокус. Так что надо лететь - на месте все узнаем.

– Наверно, прав сержант, мы имеем дело с мафией, у них есть группа поддержки, предусмотрены любые неожиданности.

– И все-таки ему бы лучше спрятаться в Найроби. В провинции белых немного, они бросаются в глаза, его там выследить легче. Думаю, что у Макса разработан подробный план на случай внезапного бегства. В Кикороке у него должен быть свой человек, необходимое звено в цепи. По словам Энн Дэвис, сотрудницы авиакомпании "Уилкен-эйр", он зафрахтовал самолет еще вчера.

– Значит, заранее все подготовил.

– Он должен был вылететь в полдень, стартовали же на четверть часа раньше, но в этом ничего необычного нет.

– Зачем он заезжал домой? Забыл что-нибудь, когда складывал вещички для сафари?

– Может, заехал за экстрактом каннабиса. Если у него в Кикороке дружки, они договорились встретиться и обсудить свои дела.

– Вы правы, останься он в Найроби, ему бы легче было замести следы.

– Подозреваемый, скорее всего, не понял, что мы нагрянули только из-за пожара. Он решил, что полиция прознала про лабораторию и приехала с обыском. Надо немедленно навести справки, не разыскивает ли его "Интерпол". Он рассудил, что во всех гостиницах засады, так что ему надо удирать из города, хотя это и чревато раскрытием явки в Кикороке. Если этот маршрут разработан загодя, считайте, что мы снова упустили Макса.

Вернулся пилот, спросил, готовы ли мы. Я кивнул и первым полез в кабину. Он включил двигатель, прогрел его и запросил разрешение на взлет. Вскоре мы уже были в воздухе. Под нами во всей своей красе раскинулась саванна, деревья-колючки казались отсюда совсем крохотными. Хижины напоминали крошечные грибы, разбросанные по зеленому ковру. После двадцати минут полета летчик связался по радио с диспетчером, и вскоре мы приземлились на четко очерченной посадочной полосе невдалеке от одиноко стоящей охотничьей гостиницы. На бетонированной площадке я увидел одномоторную "Чессну" - это на ней прилетел сюда беглец. К нам сразу подъехал микроавтобус, чтобы отвезти к отстоящей на восемьсот метров гостинице. Дорога была недолгой, но пыльной. Помимо главного здания, на территории гостиницы возведены коттеджи, на верандах в шезлонгах дремали туристы, другие разглядывали птиц и приходящих на водопой животных. Я отправил сержанта сторожить на задах главного корпуса, а Мбуви прошел к коттеджам. У центрального входа меня приветствовал дежурный администратор.

– Добрый день. Могу я быть вам полезен?

– Еще бы! Вы знаете пилота, управляющего "Чессной"?

– Да, он на веранде бара.

– Пожалуйста, вызовите его. У меня к нему срочное дело.

– А как ему сказать, кто вы?

Наглец? Будто не знает. Люди его профессии чуют полицейского за километр, напяль я на себя хоть овечью шкуру.

– Достаточно сказать, что его разыскивают. Сделайте так, чтобы он непременно вышел.

Пока администратор отсутствовал, я любовался птичками, выписывающими в воздухе головокружительные фигуры. Попасть сюда - заветная мечта любого английского орнитолога.

Услышав за спиной голоса, я обернулся. Высокий летчик-англичанин шел ко мне, размахивая правой рукой, в которой он держал сигару, в левой у него был стакан апельсинового сока. Прямо великан, шесть футов четыре дюйма росту, худощавый, лет сорока, в безукоризненно белой рубашке с короткими рукавами и брюках цвета хаки. Его слегка портила сутулость, возникшая от долгого пребывания в тесных кабинах легких самолетов. Он был недоволен тем, что его побеспокоили, но мой посланец привык к дурному нраву постояльцев, в основном богатых туристов. Он прибег к проверенному трюку - прикинулся дурачком.

– Вы капитан Петерсон, пилот "Чессны"?

– Ну и что с того?

– Полиция!
– Я показал значок.

Администратор неслышно шмыгнул в холл, чтобы не смущать нас своим присутствием.

– Полиция, - повторил я внушительно, чтобы до англичанина дошло: я представитель закона и кричать на себя не позволю. Примерно минуту мы молча глазели друг на друга, потом он, видимо, решил не конфликтовать с полицейским и уставился на носки ботинок.

– Вы пилот этой "Чессны"?

– Я, шеф.
– Он продолжал разглядывать носки своих темно-коричневых ботинок.

– Буду вам признателен, если вы ответите на мой вопрос. Тем самым вы окажете нам неоценимую помощь.

– О чем будете спрашивать?

– О, ничего особенного. Давайте походим по лужайке.

Он последовал за мной.

– Нас интересует пассажир, которого вы сюда доставили.
– Я не сводил глаз с его лица.
– Будьте добры сказать, где он.

– А с какой стати я должен вам об этом докладывать?

– Потому что вы сознательный гражданин и готовы сотрудничать с полицией, разве не так?
– Чтобы расположить его к себе, я решил прибегнуть к невинной демагогии: - Когда я стажировался в Скотленд-Ярде, меня приучили верить в гражданские чувства ваших соотечественников.

– Вы стажировались в Скотленд-Ярде?.. Простите, я не разобрал имени.

– Кибвалеи. Старший инспектор уголовной полиции.

– Увы, шеф, того, кто вам нужен, здесь нет.

– А где же он?

– Я почуял, что Джордж - так он назвался - странный субъект. Но все мы со странностями, верно ведь?