– Да хоть сейчас, - засуетился Гитхуа.
– Я живу в районе Нгара, рядом с баром "Гитаруа".

– Поехали!
– Я поднялся со стула.

Вскоре наша машина остановилась у его дома. Он пригласил нас зайти: большая квартира, обставленная удобно и со вкусом. Мое внимание привлекла свадебная фотография на стене.

– Какая у тебя жена красавица!
– восхищенно воскликнул я.

– Что верно, то верно!
– Гитхуа был явно польщен.
– У нас трое прелестных детей, все мальчики.

Я надеялся, что комплимент, сделанный его супруге, несколько сгладит неприятные ощущения, наверняка возникшие у Гитхуа в ходе допроса. Пожав ему руку, мы поехали назад в управление.

В газетах я прочел, что в Какамеге арестован мужчина, у которого нашли десять мешков с бхангом. Его с позором провели по всему городку, прежде чем доставить в полицейский участок.

Я немедленно связался по радиотелефону с полицейским комиссаром Западной провинции. Обменявшись обычными любезностями, я задал ему вопрос в связи с газетными сообщениями.

– Ага, - хохотнул он, - уже пропечатали! Представляете, этот старик целый акр земли засадил каннабисом и набивал себе мошну, а сын ему помогал.

– Вы выяснили, кому он сбывал товар?

– Признаться, я не готов ответить, его сейчас допрашивают в участке, но я немедленно все разузнаю. Мы не придали особого значения этому делу, оно числится по разряду мелких правонарушений. Кстати, Кип, отчего вдруг столь большой интерес? Стоило ли звонить из Найроби из-за подобной мелюзги?

– Представь себе, стоило...
– Я торопливо прикидывал, насколько можно посвятить его в дело.
– В управлении подозревают, что какие-то иностранцы вывозят бханг за границу. Мне поручено расследование.

– Вот оно что.
– Он выдержал паузу, потом добавил: - Хотите проверить, нет ли связи между нашим крестьянином и вашими экспортерами?

– Скажу спасибо за любые сведения.

– Я позвоню вам, как только что-нибудь выясню.

– Еще одно. Когда суд над стариком кончится, его товар, очевидно, сожгут?

– Ну да, так уж заведено.

– Пожалуйста, уговорите судью отступить от этого правила и отправьте травку к нам в Найроби. Она может понадобиться в качестве наживки. Я получу санкцию комиссара.

– Договорились. Снаряжу конвой, как только будет указание шефа.

Я поблагодарил его, посулив, что угощу пивом, когда он в очередной раз приедет в Найроби. Упомянув о пиве, я и сам сразу ощутил жажду.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Я принял его за одного из завсегдатаев: на первый взгляд ничего в нем нет подозрительного. Он скользнул по гостиничному холлу к стойке бара, за которой мы сидели на высоких табуретах, и, заказывая пиво, равнодушно кивнул Гитхуа. Я вскоре забыл о нем, поджидая свою "дичь".

Гостиница, где мы находились, была, по теперешним меркам, довольно скромной. Белых туристов в ней немного, зато африканцев среднего достатка полным-полно, особенно у бара.

Дело было в три пополудни, на улице знойно и сухо. Вокруг нас еще несколько человек потягивали пиво. У стойки, поодаль от нас, сидела белая пара, типичные учителя из провинции. Меня уже мутило от ледяной содовой, я мечтал о пиве, но на работе не полагается. А этот чертов Кассам все не шел...

– Меня зовут Кассам.
– Маленький индиец - тот, что кивнул Гитхуа и сел на соседний табурет, - протягивал мне руку.
– Кассам Кхалиф. Рад с вами познакомиться, э... Простите, как вас величать?

– Кип.
– Я растерянно улыбнулся. Он ошарашил меня, возникнув неожиданно, как чертик из табакерки.
– Поль Кип.

– Рад с вами познакомиться, Поль.

– И я тоже рад нашему знакомству.

Мы пожали друг другу руки, он втиснулся между мной и Гитхуа. В нем было чуть больше пяти футов, тощий, болезненный. Бесцветные глаза за толстыми линзами очков то и дело моргали, темные курчавые волосы лоснились. Зубы тоже не прибавляли ему привлекательности: неровные, в желтых пятнах от табака и бетеля.

– Пожалуйста, переставьте сюда мою бутылку с пивом, - сказал он бармену, потом обратился ко мне: - Как поживаете, бвана?

– Помаленьку, - бесстрастным голосом ответил я.

– Квели кабиса, бвана. Маиша сику хизи инакува нгуму кабиса*, продолжал он на суахили.

______________

* Лучше не скажешь, господин. Жить становится все труднее (суахили).

– Ндио*, - согласился я.
– Вы родом с восточного побережья?

______________

* Да, верно (суахили).

– Почему вы так решили, бвана?