Далекий свод высот воздушных,

Велит герою быть вождем![162]

2-я ора В Дельфах склонит вождь колены,

В вещем доме бога муз;

Я над храмом пронесусь;

Там одел столпы и стены

Всех градов усердный жар,

Фебу все богатства в дар

Принесли сыны и деды;

Для вождя венец победы

От тех даней оторву

И еще до трудной битвы,

В знак услышанной молитвы

На его спущу главу![163]

3-я ора Носиться буду я над спящим океаном,

Одену целый мир в святую тишину,

И в небо выведу волшебную луну,

И облачу ее трепещущим туманом.

Тогда вдаль будут плыть несмело корабли,

Объяты сумраком прозрачной полуночи,

И се уж кроет сон пловцов усталых очи;

Но грезы их вождя коснуться не могли.

Он над кормой стоит, он быстрым, бодрым зреньем

Парит над бездною и правит их теченьем!

Тогда предстанут вдруг герою чудеса:

Над ним разверзнутся и вспыхнут небеса,

Огонь с них низойдет блестящею струею,

Зажжет равнину мрачных волн

И окружит священный челн

Одеждой золотою!

Незапно светоч излетит

Из дивных зорь, из пламенного лона

И край последний небосклона

И путь коринфян осветит:

Подобен факелу живому,

Который в таинствах Деметриных[164] горит,

Он блеском спутницу богиню возвестит

Ее избраннику святому![165]

4-я ора Теки из Лилибея[166] к брани

С твоими тьмами, Амилькар.[167]

Готовы мстительные длани,

И казнь тебе их первый дар.

Сбери твоих жестоких воев,

Веди на смерть их, Аздрубал.[168]

Их кровожадный взор искал

Добычи верной среди боев,

Но меч коринфян поразит

Тиранов на брегу Кремеса,[169]

Там сонм их теней отлетит

Бесчисленный к рекам Айдеса!

Уже я слышу, на горах

Зефир, предвестник утра, веет;

Уж сумрак на земле редеет,

И звезды гаснут в облаках.

Шагает рать Тимолеона,

Молчат герои среди дум,

И к ним несется смутный шум

От войска грозного Сидона;[170]

И се достигли высоты:

Восходит в тучах дня светило,

Взошло и страшно озарило

Врагов несчетные щиты!

В сей день гелленов укрепите,

Подайте силу мышцам их,

Ваш ужас, боги, поселите

В опустошителей чужих!

Или вы тщетно чудесами

Спасли от купленных десниц,

От тайного ножа убийц

Главу над вашими полками;[171]

Или, беснуясь, Карфаген

Напрасно зрел побег Магона,[172]

И царь из Сиракузских стен,

Да упокоит тень Диона,

Вотще исшел в позорный плен,[173]

Преплыл враждебные пучины

И сел на площади чужбины,