Шрифт:
Ты ж, добродетельный, презрел корысти!
Твой проницателен и тонок ум,
Но посмотрю, они поймут скорее,
Что, посылая их к бунтовщикам,
Я тайно расставляю западню,
Чтоб уловить всех вместе беспокойных!
2-й наемник Нет! Я готов, иду, бегу, Сатирос;
Нет! Нет! Вовеки жадному Демарху
Награду уступить не буду в силах;
Жить не хочу или на том поставлю,
Невежда Лидий не увидит перстня!
Ты мне его даешь! О, за тебя
Готов я в воду и в огонь, Сатирос!
Сатирос Скорее ж оба вы! Они умчались, —
Так умный муж проворною рукою
Хватает счастье и вершит судьбою!
(Уходит.)
МЕЖДУДЕЙСТВИЕ[160]
Театр не переменяется; оркестр играет торжественную протяжную симфонию. Оры, богини времени, спускаются на светлом облаке в храм и разделяются на два полухора.
1-й полухор С небес высоких и священных
По вечно светлому пути,
Урания,[161] в сей храм сойди!
Средь стен, коварством оскверненных,
Явись, и да дрожит обман!
Се грешный, спесью обуян,
Упитан ядом черной страсти,
Не зрит твоей бессмертной власти,
Смеется Зевсовым сынам
И, бросив камень к их ногам,
Речет: «Их вижу преткновенье!
Их безрассудное паренье
Дает венец моим делам!»
2-й полухор Ты дитя отца вселенной,
Кем исполнен целый мир,
Кто от солнца до былинки
В нем разлит и дышит в нем!
Чудо твоего рожденья
Зрел единый Океан,
Древний царь тех шумных стран,
Где неистовые бури
Омрачали блеск лазури,
С ревом осаждали твердь
И горе стремили смерть
Из жилища бледных фурий;
Но когда явилась ты,
Вдруг, дивясь, остановились,
Унеслись и умирились
От воззренья красоты!
О небесная Венера!
К бедным смертным низлети
И сердца их освяти,
Да вовек не гаснет вера
На их жизненном пути!
Афродита
(выступает из облака) В надзвездном доме, где ликую,
Где пляска сладостных харит
Бессмертных очи веселит,
Там вашу я мольбу святую
В открытый слух свой приняла;
Оттоле в ночь земного мира
Быстрее веянья зефира,
Быстрее мысли притекла.
Внемлите мне, часы и веки!
Земля и небо, верх и дол!
Примите в сердце мой глагол:
Богам любезны человеки!
И что они в живую грудь
Мужей свободных и великих
Послать замыслят и вдохнуть,
Не может мертвым сном заснуть;
Среди стихий слепых и диких
Горят их светлые дела;