Когда для нашей общей славы счастье

Украсило меня венцом владычным,

Когда (прости невольному упреку)

Не столько в жажде собственного блеска,

Но да увижу дщерь его в Коринфе

Пред всеми дщерями превознесенной,

Я назвался царем своей отчизны, —

В нем черный гнев незапно воспылал,

Он на меня изрыгнул укоризны,

В родной, в его руке сверкнул кинжал —

И, если бы не праведные боги,

Уж я бы не вступил в сии чертоги!

Демариста Нам горькое дано, мой сын, свиданье!

Так, Зевс без примеси не изливает

На бедный жребий смертных чашу благ,

Но будь ему хвала за твой возврат!

Приди, да днесь и я облобызаю

Ланиты моего царя и сына!

Теперь спеши, утешь свою Аглаю:

Свободу Протогену возврати!

Тимофан Ему свободу, да он вновь меня

В унылый Тартар свергнуть устремится!

Аглая

(в сторону) О боги, как его вы изменили!

Демариста Сын, вспомни, он отец твоей супруги!

Тимофан Он первый позабыл во мне родного,

И если грозной и незапной казнью

Не устрашит надменной, буйной черни,

Да жертвы принесет богам бессмертным,

Что мне живую память даровали!

Демариста Возрос он, возмужал и поседел

Противником святой, верховной власти;

Но пылкая душа всегда открыта

Для гласа мира и благих внушений:

Народным счастьем оправдай себя.

А на его суровые упреки

Спокойным, гордым хладом отвечай!

Тимофан Уже я не услышу сих упреков:

Пусть в чуждом граде он меня злословит!

Аглая Будь милосерд к его печальной дщери,

О государь! Не возбрани ей ссылку

С ним разделить, с ее отцом несчастным!

Демариста Тебя я заклинаю, Тимофан,

Изгладь из сердца ярость Протогена!

Прощение тебя сравнит с богами.

Когда, тебя рождая, я терзалась,

Во мне превозмогала нежность муки;

Тебя я боле всех детей любила.

Но слава сына — вот мое блаженство!

О царь! Не пожелай, да прокляну

Тот день, когда вещала Тимодему:

«Се Гера[148] вновь послала нам младенца!» —

В слезах к ногам твоим я припадаю;

Увы! Твои священные колена

В слезах объемлю!

Тимофан Встань, о матерь, встань!

Демариста Клянусь Гекатой[149] и глухим Айдесом

И тою клятвою (сам Зевс ее

Без трепета вовек не произносит),[150]

Меня одно насилие подымет,

Когда моей молитвы не внушишь!