– И то верно, - снова усмехнулся мужчина.

В чем-то он был прав. Издавна мужское слово решало все. И даже если ей не по душе придется предложение. Отказаться она уже не сможет. Ее выкупили у рода, теперь ей некуда идти кроме как к Лейну. Стары обряды эти, но верно служат до сих пор.

– Когда свадьба? – спросила госпожа Грейс. Ей не терпелось уже. По ее лицу то видно было.

– Через месяц, кода лето будет в самом разгаре, - ответил Лейн.

– Что ж, твое слово, - кивнул отец девушки.

Они попрощались на пороге, пожали руки, обнялись и он вышел из дома. Вечером он увидит ее. И обо всем расскажет. И будь что будет.

Астрид

Густые туманы и морось опустились на землю спустя неделю после того, как мужчины их деревни уехали. Как будто солнце пыталось биться до последнего, вырывая победу из рук осени, но как отважный герой пало в сражении. Желтая листва совсем опала, оставив голые скелеты деревьев мерзнуть, в ожидании наступления скорой зимы. Сбор урожая в этом году прошел тяжело. Людей было мало, все кто мог нынче ходить своими ногами, от мало до велика будь то дети или старики, все должны были принять участие в сборе. Потому вплоть до наступления первых морозов народ был занят сбором практически каждый день и до позднего вечера. При этом у всех было также свое хозяйство, огороды и скотина. Их деревня выращивала на прилегающих полях пшеницу и овес. А потом приезжал городничий и с нанятыми мужиками увозили все на продажу. Так было заведено во всех деревнях, по сути, жители деревень кормили не только себя, но и город в управление которого они попадали. Поэтому для всех деревенских на ярмарках и лавках города действовали различные льготы на услуги, ровно как и упрощенная система бюрократических манипуляций.

Почти два месяца ушло на сбор. Жители, уставшие от рутины, наконец-то выдохнули, когда все закончилось. Смотритель решил объявить выходной и собрать всех оставшихся жителей за длинным столом, накрытым у его дома. Праздник урожая был отложен и теперь можно было почтить этот день. Однако общая атмосфера вокруг стола стояла не праздничная. Практически все молчали уставшие и грустные. В глазах женщин определенно читалась тоска по своим мужьям и сыновьям. Астрид же как и всегда сидела в самом конце, стараясь не привлекать к себе ненужного внимания. Матушка и отец сели неподалеку от нее и принялись сдержанно поздравлять соседей с праздником. Девушка без особого аппетита ела кушанья, думала о своем. Ее глаза разглядывали белую скатерть и тарелку с пирогами. Чья-то большая рука скользнула в нее и стянула очередной кусок. Астрид безучастно проследила глазами за этим движением. Напротив нее сидел рыжий и конопатый парнишка примерно ее возраста. Где она его видела? Девушка никак не могла вспомнить.

– Привет, - сказал он неожиданно.

Астрид вздрогнула, пытаясь сообразить ей ли это было адресовано. И не ошиблась – именно ей.

– Привет.

Парень долго разглядывал ее, будто ожидая чего-то еще, но девушка упорно продолжала молчать, чувствуя себя все больше неловко.

– Ты не узнала меня?

Астрид замерла, а потом с виноватым видом отрицательно повертела головой. Парень напротив скуксился, уперев глаза в свои руки, а затем не поднимая взгляда все же проговорил.

– Я Дан. Сын кузнеца. Ты приходила как-то к нам за латами отца и…в общем ты чуть не снесла меня, когда убегала со двора.

– О, прости пожалуйста я должно быть не заметила, - сгорбилась девушка.

– Да уж это точно. Бежала как от огня, - посмеялся он искренне, все же подняв свой взгляд на нее.

Астрид осторожно улыбнулась, не зная чем ей это может грозить. Но парень без тени злобы продолжал уминать кусок пирога, да лыбиться в ее сторону. Дан был с такими же огненными волосами, как и его отец, плечи парня разрослись в ширь, грудь стала огромной, совсем не соответствуя его возрасту. Наверное тяжелый труд в кузне натренировал его мышцы, сделав его крепким и сильным. Такого за версту обходить стороной будешь, ему бы на поле битвы топором махать. Однако простецкий взгляд и добрая улыбка сбивали с толку. Парень не казался опасным. Карие глаза и веснушки на лице создавали общее впечатление о нем, как о простом добряке, не смотря на его внушительные размеры. Девушка немного расслабилась. Навряд ли ему от нее что-то нужно было. По крайней мере сейчас.

Праздник быстро закончился и все разошлись по домам. Жизнь в деревне шла своим чередом. И вот совсем скоро матушка уже опять попросила ее отнести новые ткани потенциальным покупателям. Когда Астрид услышала, что это дом, где живет Хельга, то на секунду замешкалась. Матушка тут же заметила ее взгляд и поспешила забрать корзину.

– Что ж тогда ты за главную на кухне, - улыбнулась она.

– Нет, - не позволила Астрид забрать ее, - все нормально, я отнесу.

– Хорошо. Только там пять рулонов с разными вышивками. Ткани дорогие – будь с ними по осторожней. Ингрид пока не определилась с вариантом.

– Я поняла, - послушно кивнула Астрид уже выходя из дома.

В доме Хельги царил порядок, с кухни доносился сладкий запах выпечки.

– Привет Астрид, давай проходи, не стой на пороге, - улыбалась заботливо женщина.

Госпожа Ингрид была довольно молодой женщиной, ее густая светлая коса доставала почти до копчика, а в стройности фигура не уступала даже ее дочери. Астрид посмотрела еще раз на нее и отметила про себя, что такими же голубыми глазами она наградила и Хельгу. Они были очень похожи.

Женщина провела ее в соседнюю комнату, и девушка поняла, что это была спальня ее дочери. Хельга сидела возле зеркала и аккуратно расчесывала свои светлые волосы серебряным гребнем. Как только девица заметила в отражении Астрид, ее носик тут же сморщился, а взгляд стал злым.

– Хельга, поздоровайся с гостьей, что за манеры, - уперла та руки в бока.

– Ну здравствуй, - пропела та елейным голоском, вставая со скамьи.

– Вот, посмотри что госпожа Грейс наткала, тут и жемчуг и золото и ткани легкие да цветные, все как ты просила, - не унималась мать девушки, совсем не замечая недовольного взгляда Хельги.