— Я не стану звать Джастина сюда. В целях его и Вашей безопасности.

Эдмунд вскинул руки, как бы сдаваясь. Ему очень хотелось покрыть мужчину матом, но умом он понимал, что наездом в ответ на трезвое замечание лишь испортит отношения с ним, и без того натянутые в силу обстоятельств знакомства.

Мысли непристойного содержания перекрикивали адекватных собратьев.

— Ладно. Давайте решим вопрос между собой. В конце концов, и я Луну не привёл.

Да, конечно, плюнуть в лицо гаду, он не сможет и прописать по челюсти тоже, но выбора ему не давали.

— И чего же Вы хотите?

— Чтоб Ваш отпрыск ушёл из академии и больше никогда не приближался к моей дочери!.. — опять не сдержав раздражение в голосе, прошипел Эд, встречая холодный пронизывающий взгляд собеседника абсолютно таким же, но горящим от злобы.

Секунду подумав, Эд пожал плечами, продолжая уже с лёгким смешком и моментально преобразившимся в иронию голосом:

— Ну, это кроме очевидного. А из очевидного: пусть вернёт мой артефакт.

Аристократ обвёл взглядом территорию — слуги. Столпились и смотрят. Шепчутся, а значит, скоро поползут слухи. Слухи, что в их семье вор.

Напустив ледяную маску, он, всё ещё стоя на нижней ступени, заговорил:

— Профессор Рио, Вы явились в мой дом без приглашения и смеете клеветать на моего сына. Убирайтесь. С этого дня, в моём доме Вам не рады.

Сощурившись, прошептал так, чтоб слышал лишь собеседник.

— Попробуйте, докажите.

Шёпот усилился. Эд оскалился.

— О, вот как? Ах, какая жалость. Впрочем, полагаю, отсутствие ужинов в Вашей резиденции я перенесу легче, чем вы. Насколько мне известно, Ваша семейка — обнищавшая.

— Как Вы смеете? Убирайтесь!

— Без проблем. Но перед этим, дружеский совет: когда начнёте увольнять персонал, начните с садовника. Плохо за сорняками следит.

На лице профессора обозначился безумный оскал. Многие знали за ним эту способность — улыбаться самыми разными способами и эмоциями, ярко и доходчиво выражая без слов любые мысли.

Доброта и желание успокоить куда чаще нужны были ему в быту и отношениях — эта улыбка была его настоящей.

Но сейчас лицо искривляло что-то злорадно-дикое.

Волнение в глазах аристократа удвоилось, когда земля стала подрагивать.

Белые кольца энергии расходясь от незваного гостя, усиливая дрожь под ногами.

— Что… что Вы?…

С шумом меж цветов в изящных клумбах и на газонах, на дорожке, выбивая утоптанные намертво плитки и ломая бордюры, стали пробиваться стебли крапивы.

Под крики женщин и ругань мужчин, выскочившие из-под земли растения обжигали и осыпали людей землёй.

Первые плетения защитников резиденции полетели в гостя, но чарам было суждено разбиться цветными молниями о невидимый щит на колдуне.

Заставляя аристократа покачнуться, ступени раскололись под напором прорывающий сквозь них крапивы.

Всё заполняли высокие длинные стебли. Жгучие и живучие сорняки.

Собака профессора сделала шаг назад, отходя хозяину за спину. То, что на первый взгляд казалось дворнягой, незаметно трансформировалось в огромную крепко сложенную помесь бойцовской и гончей породы.

Пёс завыл, расправляя пылающие крылья на фоне алого заката. Распростёртые чуть ниже груди мага и уходящие вверх, выше его головы на полметра, они словно принадлежали самому Эдмунду.

Горящие на концах перьев и чёрные, тлеющие сверху, вдоль костей крыла, они удивительно сочетались с разбросанными ветром кудрями, проседь в которых в свете огня и заката казалось золотой.

Эдмунд вытянул руку в сторону здания. Улыбка становилась всё шире, взгляд всё безумней.

Загудела защита от магии, прикреплённая на дом и вопреки свечению, свидетельствующему об исправности.

На крыше и балконах, взрывая черепицу, взмыли заросли крапивы. Каким-то образом профессор сумел обойти щиты, не повредив их.

Не заслуга Фмильяра — только знания и навыки Эдмунда.

По фасаду пошли трещины. Люди поспешили отбежать от здания. Стоило последнему пересечь границу опасной зоны, лепнина начала осыпаться, с грохотом разбиваясь и поднимая облака пыли.

Всё стихло в тот самый миг, как затрещали стены. Уничтожать здание Эдмунд не собирался.

Разрушена дорога и испорчен сад. Повреждены балконы и кровля, стены и ступени. Простой покраской стен тут не обойдётся. Но первым делом…

Хозяевам придётся очень постараться над заполонившей всё крапивой! О, она не обычна — она крепче и корнями глубже.