О! А вот и наш «пропуск» решил подняться из-за стола. Его очередь выступать.

На кафедру взошёл худощавый мужчина сорока шести лет с кудрями до плеч цвета «соли с перцем». Вот интересно, а может, он седеет так быстро и рано из-за того, сколько опытов перенёс за жизнь? Может, это какое-то плохо изученное действие магии? Или просто нервное прошлое… или плохая наследственность?..

Эдмунд принялся раскладывать вокруг себя бумажки и окликнул меня:

— Луна, нарисуй картинки.

С лёгким кивком выбралась из-за парт, подошла к доске. Мы быстро нанесли на неё важнейшую информацию. Он — формулы, я — схемы.

О том, чтобы заставить его рисовать самостоятельно не могло быть и речи: уж не знаю, когда и за что, но боги изобразительного искусства прокляли моего отчима. Половина его рисунков напоминала справочник экзотических болезней, а вторая половина — кое-что неприличное.

Вернувшись на место, я приготовилась слушать. Когда настанет наша с Джастином очередь рассказывать об устройстве артефакта и о влиянии его на Астератов, мы подойдём к Эду, но вся теория — это для него.

— Доброе утро. Моё имя Эдмунд Рио. Я профессор по дисциплине «Магические болезни» и кандидат по «Теоретической магии». На прошлой конференции я представлял некоторые разработки по теме магических потоков в теле человека. Вы, должно быть, не понимаете, почему я решил об этом напомнить, когда нынешний доклад называется непонятным словом «Фамильяры», но так нужно, поэтому вкратце пробежимся по сути прошлой беседы.

Эдмунд указал на первую схему, где можно было различить силуэт человека с кругом в груди.

— Что нам известно о магии?

Я мысленно усмехнулась. Сейчас начнёт вещать профессорам то, что знают дети.

— Источник магии представляет собой пузырь-резервуар, где скапливается энергия. Чем она накачивается туда? Искрой. Эдаким проходом из энергетического измерения в наше.

На схему в центр круга была добавлена звёздочка. От неё стали расходиться лучики-линии, нарисованные мелом.

А теперь по заготовленной речи следует разгон за секунду… сейчас Эдмунд начнёт нудеть. Дальше можно даже не стараться понять, что происходит — не моя специализация.

Впрочем, перспективы его разработки я осознавала на бытовом уровне. Более глубокого понимания ситуации от меня не требуется.

— Выгорание искры — одна из трёх основных патологий источника. Она означает, что ломается проход из магического измерения в наше, и магия не наполняет резервуар.

На доске одна за другой замелькали формулы и какие-то цифры. Цитируя самого отчима в подобных ситуациях: «Ничего не понятно, но о-о-очень интересно».

— … В отличие от других травм источника это никак не корректируется. Абсолютно неизлечимая фигня, — уличная речь прибилась в доклад, чуток разбавляя канцеляризмы.

— Ненадолго, — пробормотал себе под нос старичок за восемьдесят, сидящий рядом с Джастином. — Нас спасёшь великий ты.

— Я смотрю, Эдмунда тут недолюбливают, — шепнул мне Джастин.

— Шибко умных нигде не любят, — пожала плечами я.

К чести моего отчима замечу — он относился к этой неприязни с пониманием и лишний раз не провоцировал стариков, положивших целую жизнь на куда менее серьёзные разработки.

— Почему-то считается, что после разрушения искры эти оборванные потоки больше не идут через человека, и бывший маг уже совсем ничем не отличается от человека без магии. Ведь так?

Эдмунд оглядел первые ряды. Заметил пару кивков в подтверждение того, что его услышали.

— А я скажу: это хрень собачья. Потоки не имеют выхода в наш мир, но всё ещё направлены через мага и специальное заклинание может пробить им выход. А чтоб человека им не разорвало, потоки можно перенаправить в произвольную точку.

На доске была заранее начерчена вторая схема, где от человека потоки шли куда-то влево, а на груди помимо источника был начерчен треугольник. Картинку окружали записи, для неподготовленного глаза похожие на чужой язык.

— Через некоторую призму, подвязанную к конкретному человеку, можно сфокусировать энергию и призвать вторую сущность. Эдакая искра вне тела. И можно снова колдовать.

Отчим дал слушателям минуту на осмысление.

На удивлённые возгласы и переглядывания.

— Солнышко, — позвал Эд.

Вывернувшись из-за стола снова, поспешила к кафедре, на ходу доставая из потайного кармашка в рукаве мешочек с артефактом. Его я отдала хозяину.

Я нажала на кнопку защитного артефакта в основании кафедры. Нас отделило от зрителей прозрачным голубоватым щитом из семи видов магии.

Это сработало безотказно — предвещая что-то интересное, аудитория замолчала.

— Собственно, это проводник. Если человек, на которого настроен перстень, его надевает, призывается фамильяр. Существо из перенаправленных потоков.