«Да как это возможно?!» – уже в который раз подумал Грэм.

Она действительно гений.

«Я ей и в подметки не гожусь», – удрученно подумал Грэм. Он был старшим сыном в разорившемся дворянском роду, и оказаться на нынешнем месте стоило ему огромных усилий. Грэм изо всех сил стремился к цели – прославить свою семью, но понимал, что не настолько талантлив. Он был вовсе не гением, а обычным человеком, который прилагал много усилий.

«Роза – совсем другое дело», – подумал Грэм, глядя на девушку. Пожалуй, словами невозможно было описать ее выдающиеся способности.

Он почувствовал досаду, и ему захотелось напиться: «Если она так способна уже сейчас, то каких высот достигнет в будущем?»

Таким было предчувствие человека, посвятившего всю жизнь медицине. Не исключено, что эта девочка превзойдет даже основоположника медицины Грэхэма и великого алхимика Флеминга. Возможно, она сделает то, о чем он мог только мечтать. Конечно, ее карьера едва началась, а потому рано загадывать наперед, но Грэм не мог перестать об этом думать.

С того дня все в больнице Святой Терезы заговорили об Элизе.

Шестнадцатилетняя девушка, которая только-только начала свое обучение в больнице, спасла пациента с напряженным пневмотораксом. У этого события было так много свидетелей, что слухи тут же расползлись по всей больнице.

– Это она!

– Правда? Совсем еще юная. Быть такого не может. Она выглядит так, будто от одного вида шприца в обморок свалится.

– Это правда! Я сама видела.

– Поверить не могу… А выглядит как неженка-аристократка! Говоришь, воткнула огромную иглу в грудь пациенту?

– Да, мне тоже не верится. Кровь так и брызнула ей в лицо, а она даже глазом не моргнула.

Пожалуй, ни о ком в больнице не говорили там много, как об Элизе. И в оценках неизменно присутствовали изумление и восхищение.

– Наложите жгут на предплечье! И поставьте капельницу!

Практикуясь в спасательном отделении, Элиза продолжила раскрывать свои таланты.

«Надеюсь, никто ничего не заподозрит… Я ведь всего лишь практикантка, даже месяца не прошло», – переживала девушка. Она понимала, что то, чем она занимается, не соответствует ее положению.

«Но иначе я не могу», – вздохнула Элиза. Пусть ее подозревают в чем угодно, игнорировать людскую боль было выше ее сил.

Она быстро прославилась на всю больницу как талант, непостижимый умом. В то же время никто в больнице ей не завидовал и не сказал про нее ни единого злого слова. Наоборот, ее любили абсолютно все.

– Роза? Аристократка? Она просто лучшая! Красивая, добрая, вежливая…

Она была одинаково любезна со всеми пациентами, что для аристократов большая редкость. Она была красива, как куколка, неизменно вежлива и относилась ко всем с большим вниманием и заботой. Ее невозможно было не любить. Многие парни в больнице интересовались ей не только как коллегой.

– Хансон, тебе же нравится Роза?

– Нет, неправда! – замотал головой Хансон.

– Точно нет? А то Ричард переживает. Хочет признаться ей в любви.

– Что?! Ричард? Сейчас я ему покажу! – подскочил Хансон.

Его друг рассмеялся:

– Видишь! А говорил, она тебе не нравится.

Хансон залился краской.

– Если нравится, то иди и признайся ей. А то будешь потом жалеть.

– Не получится…

– Почему?

– Она меня точно отвергнет. Такой, как я, ей не пара.

Обычно Хансон был очень уверен в себе, и сомнения были ему несвойственны. И все же друг не стал настаивать. Представив леди Розу и Хансона рядом, он и сам понял, что его товарищу ничего не светит.

Хансон тяжело вздохнул. Угораздило же влюбиться!

«Ее красота, конечно, бесспорна», – подумал он. Но обаяние заключалось в другом.

«Тот пациент с пневмотораксом…» – вспомнил Хансон. От образа кисейной барышни вмиг не осталось и следа. Девушка была больше похожа на воина, сражающегося за жизнь раненого бойца.

«И как тут не влюбиться…» – с тоской подумал Хансон, вспоминая ее яркую улыбку, когда стало ясно, что пациенту больше ничего не угрожает.

Хансон снова печально вздохнул.

Элиза проводила все дни за работой и даже представить себе не могла, что по ней вздыхают чуть ли не все юноши в больнице.

Но однажды в больницу Святой Терезы пришел неожиданный посетитель. И не с пустыми руками. До дня рождения императора, на котором в ее прошлой жизни было объявлено об их с наследным принцем помолвке, оставалось ровно три недели.