Я прикрыл глаза, ощутив, как покалывание стало сильнее. Мне оставалось только ждать — неизвестно чего, тому, кто привык действовать. Я потёр шрам на шее, всё-таки без привычных ремней было немного не по себе, но я знал, что больше их не надену по доброй воле, Джен освободила меня от них, приковав к себе посильнее, чем исполнение обязанностей хранителя, посильнее, чем сила наручников, сильнее всего, что знал. И я склонился перед её силой, которая пребывала в её хрупком существе. Я любил её и скучал по ней без меры.

В дальнем конце коридора звякнули ключи, и я услышал топот ног двух существ. Они приближались к камере, где находился я, и наконец смог увидеть. Увидеть и ужаснуться, потом обрадоваться, потом снова ужаснуться и умереть на месте, возродиться и снова обрадоваться. Это были непутёвый ангел Джек и, собственно говоря, сама Дженнифер. Девушка ринулась к решётке в нетерпении, и я тоже, наши руки соприкоснулись и тесно переплелись. Мы смотрели друг на друга, не отрываясь, пока Джек справлялся с замком. Она мне широко улыбалась, а в огромных глазах стояли слезы. Не мог оторвать от неё взора, притянул к себе и упёрся лбом в её лоб. Она уже не сдерживалась и рыдала.

— Дурочка, что ты сделала, чтобы оказаться там, где тебя быть не должно? — прошептал я нежно, погладив её по затылку, прижав к себе через решётку.

Она поцеловала меня, и мои сухие губы напоила влага её слез. Я сжимал её в объятиях всё сильнее, чёртова решётка мешала чувствовать её тепло. Джек, как назло, копался неоправданно долго, один за другим подбирая ключи к замку камеры. Наконец она распахнулась, и я, подняв руки вверх, пропустил прильнувшую ко мне девушку. Теперь нам не мешало ничего, кроме обстоятельств, складывающихся не в нашу пользу, и я буквально смял её тело. Я услышал, что она вскрикнула, и ощутил губами, как улыбнулась. Мы с трудом дышали и смотрели друг на друга, не посмев отвести взгляд, обретшие, думавшие, что потеряли. Невозможно оторваться, невозможно отпустить. Из плена тепла её мягкого тела, медовых губ, завораживающих глаз меня вырвал нетерпеливый и очень шумный вздох ангела. Мы рассмеялись и с сожалением слегка отошли друг от друга.

— Надо убираться отсюда, — проговорил он быстро, оглянувшись на пустой коридор.

Я кивнул ему, и мы быстрым шагом прошли по коридору до лежащего на этом этаже демона-охранника. Я усмехнулся, увидев его бессознательное тело.

— А я не знал, что в тебе столько дури, ангел, — проговорил я и расхохотался, видя, как он пытается найти ещё ключи.

Джек непонимающе взглянул на меня и, улыбнувшись, произнёс:

— Дык, это не я, — и посмотрел на Джен тепло.

Я вскинул на девушку изумлённый взгляд и победоносно улыбнулся, шепнув ей на ухо, приласкав всю взглядом, рассеяв мурашки по её телу:

— Моя девочка.

Я видел, как она разомлела под моим взглядом и ласковыми словами, клянусь, если бы не вся эта ситуация, я бы взял её прямо здесь на этом столе. Она прочла желание в моём взгляде и стала пунцовой. Мы смущённо улыбнулись друг другу.

Наконец, Джек нашёл, что искал — ключ от свободы. И мы приблизились к выходу на этаж. Я осторожно выглянул из-за двери и увидел одного из охранников. Втянул голову обратно и озадаченно взглянул на ждущих от меня действий ангела и Джен. Задача усложнялась тем, что был я в наручниках и без оружия.

— Нам нужно выманить его сюда, — шёпотом произнёс я и посмотрел на девушку.

Джен поняла меня и выглянула из-за двери, прокричав:

— Помогите! Помогите! — и нырнула обратно. — Помогите!

Я услышал тяжёлый топот ног охранника и, дождавшись его у двери, резко распахнул её, тем самым дезориентируя его. Он не успел опомниться, как я до хруста сдавил его горло, тело безвольным мешком опустилось рядом с моими ногами. Я старался не смотреть в этот миг на Джен, но, встретив всё-таки её взгляд, не нашёл там осуждения. Полюбив, она не видела во мне монстра, монстра в себе видел только я. Дальше думать и рассуждать было некогда, и мы спустились по винтовой лестнице, которую я помнил. Нижний этаж контролировали двое охранников, а дальше путь на свободу будет усеян трупами, ибо охрана там знатная. Сатана любил статус, а значит, количество нужно только для красования. А я любил силу, поэтому знал, что выйду отсюда.

Дойдя до низа, заметил, что охранники расслабленно переговаривались друг с другом и смеялись. Один стоял спиной прямо около спуска. Я повернулся к Джеку и Джен и знаком указал ждать меня там, где они находились. Увидел обеспокоенно скользнувший по мне изумрудный взгляд Джен и ободряюще ей улыбнулся. Знал, что сейчас меня не остановит даже Творец.

— Господа, — сказал я спокойным тоном, спускаясь с лестницы, — вынужден буду доложить Сатане, что обязанности свои вы несёте из рук вон плохо.

Стоящий ко мне спиной демон успел только руками всплеснуть, я в миг свернул ему шею и выхватил его меч. Второй с ужасом глядел на меня, и у него не хватило реакции, чтобы даже положить руку на эфес меча. Ещё один лёг с тихим криком у моих ног.

— За мной, — скомандовал я выглянувшей из укрытия Джен.

Они тенью следовали за мной по мрачным коридорам тюрьмы великого Сатаны, неприступной и неуязвимой, откуда невозможно сбежать. Я вновь выглянул в уже последний коридор перед спасительным выходом. Десять охранников перед ним и двое диспетчеров. Прикрытия не было, я должен взять их врасплох. За моей спиной расположилась Джен, и я всё сделаю для того, чтобы она не пострадала. Я почувствовал, как меч «запел» в моих руках, как сталь взывала, и прикрыл глаза, настраиваясь на битву, просчитывая в голове угол и интенсивность атаки. Секунда замешательства. Однако, когда я открыл глаза, уже знал, как именно буду действовать.