– Рурша, очнись! – крикнула Ольга, но великан лишь дёрнулся и снова замер.

Она, не тратя ни секунды, позвонила Хастаду:

– Меня пытались убить. Домой, срочно, – отчеканила она и бросила трубку.

Господин Грей появился через минуту.

– Ты цела? Где на тебя напали? – непонятно, он был то ли напуган, то ли взволнован, то ли зол.

– Они разнесли московский офис. Я цела. Рурша прикрыл меня собой. Его нужно срочно в больницу!

– Зачем? – не понял её Грей. – Он свою роль исполнил. Я найду тебе другого охранника, лучше этого.

– Он спас мне жизнь! – по мнению Ольги, этот аргумент должен заставить Хастада передумать.

Но великан холодно ответил:

– Для этого он и был куплен. Поверь, для него большая честь – умереть, исполнив долг.

– Он ещё жив! – теряя последние крохи самообладания, воскликнула она.

– Это ненадолго, – Грей соизволил опуститься на корточки возле скрючившегося на полу Рурши, вытащил дротик из его лопатки, понюхал и сказал. – В дротике паралитический яд.

– Надо было дать тебе тогда умереть, – тихо, но вложив в слова всю свою злость, прошипела она, а затем полезла в телефон – искать номер клиники.

Грей зарычал так, что зазвенели стёкла в окнах. Затем он взвалил бездыханное тело Рурши себе на плечо и исчез вместе с ним.

Ольга легла на диван в гостиной и закрыла глаза. Нужно успокоить нервы. Что бы ни предпринял Хастад, от неё уже ничего не зависит.

Из тренажёрного зала вернулся Хас и по обстановке в гостиной догадался, что что-то случилось.

– Ма? – позвал он и сел рядом с мамой. – Что это за штука там на полу? Что с Руршей?

– Твой отец куда-то забрал его, – ответила Ольга. – На нас напали. Рурша закрыл меня собой.

– Нет… – сокрушённо простонал он. – Куда папа его забрал?

– Я не знаю. Он не хотел отправлять его в больницу.

– Да что за!.. – выругался Хас и убежал к себе в комнату – звонить отцу.

О том, что Рурша всё-таки в больнице, Ольга с Хасом узнали лишь поздно вечером.

Хастад бросил лишь, что никчёмный прихвостень до сих пор жив, но пресёк эмоциональные расспросы грозным рыком.

На следующее утро Хас вместе с мамой отправился проведывать Руршу.

Увы, бедняга впал в кому, и лечащий врач не делал положительных прогнозов. Сказал только, что, будь Рурша человеком, умер бы ещё до прибытия в больницу. Но и этого пришлось вытаскивать с того света. И ещё неизвестно, удалось ли.

В палату к больному посетителей пустили только на пять минут.

– Ма, а ты замечала, что Рурша красивый? – неожиданно спросил Хас. – Вот вроде он папин земляк, а совсем другой.

Ольга улыбнулась и осторожно взяла Руршу за руку.

– Заметила. Он замечательный.

– Может, папа ревнует?

– Не говори глупостей, – нахмурилась Ольга. – Рурша годится мне в сыновья. К тому же серые великаны не смотрят на чужих женщин.

– Вот-вот, – согласился Хас. – И я не понимаю, чего папа на него так взъелся. Рурша – мой единственный настоящий друг. Я не хочу, чтобы он был слугой.

– И я тоже не хочу, – Ольга тихонько сжала Руршину прохладную ладонь. – Если выкарабкается, мы что-нибудь придумаем, – пообещала она.

***

С каникул Хас вернулся в новый коллектив, но со старыми охранниками. История повторилась: никто с ним не здоровался, все только насмешливо смотрели и шушукались за спиной. А так как слух у мальчика был отменный, то никакие, даже самые тихие выражения типа «уродец», «хромоножка» и «ходячий кошмар» от него не ускользнули.

Настроение и без того было паршивое: единственный, с кем Хас весело проводил время, сейчас лежал в коме. Если не станет Рурши, Хас этого не перенесёт. Это для отца Рурша – безликий прислужник, пустое место, а для Хаса – лучший друг.

А вот с новыми одноклассниками отношения у Хаса не сложились. Он решил первым проявить дружелюбие и спросить у одного паренька кое-что по учёбе, на что тот отослал Хаса куда подальше.

В школе, где учатся дети состоятельных родителей, даже охранниками никому не внушишь уважения. С первых дней стало ясно: новенького в коллективе не приняли.

Больше всего внимания обращала на себя внешность Хаса: слишком высокий рост, подгибающиеся из-за паралича тощие ноги, серая кожа и наполовину нечеловеческое лицо.

Тех, кто догадывался, что Хас – не совсем человек, бдительные и заранее предупреждённые обо всём учителя разуверяли в этом, объясняя, что у мальчика редкая генетическая мутация.

Версии про мутацию в школе поверили. Слишком невероятен факт, что полувеликан может учиться бок о бок с обычными детьми. Но быть юродивым среди холёных избалованных деток едва ли не хуже, чем великаном-полукровкой.

Странно, но никого из сверстников, даже тех, кто шёл на медаль, не заинтересовали блестящие знания Хаса по предметам. Неужели внешне он настолько страшен, что с ним никто не решается заговорить? Он целый день носит маску, чтобы его великаньи черты не бросались в глаза, но увы, никто не хочет с ним общаться. Неужели он так и останется изгоем?