Сломав пяток ящиков и не найдя в них ничего, что могло представлять какую-то ценность, я начал крушить сам стол. Булава, конечно, была бы помощником лучше, чем кистень, в подобном увеселительном мероприятии, но выбирать уже не приходилось. Точнее, надо было выбирать раньше, на плацу. А сейчас остается крушить стол тем, что есть в руках.

Крики в лагере начали стихать, стол был разгромлен в щепки и все, что я там нашел — маленький кулек с монетами и парой драгоценных камней. Ну, это лучше, чем вообще ничего. Я убрал этот кулек себе во внутренний карман куртки, приподняв кольчугу, и выдохнул. Теперь дело остается за малым. Я убрал себе в карман джинсов какие-то документы и начал поджигать все, что горит. Я хотел сжечь, на хрен, всю эту постройку, весь, на хрен, лагерь.

Девушка схватила какие-то документы и начала что-то тараторить на своем языке. Ее глаза были широко раскрыты. Хрен знает, испугалась ли она моих действий или что-то увидела в документах. Сейчас меня это волновало в последнюю очередь.

Когда я увидел, что пламя взялось за весь интерьер и стены как следует, я поднял девушку на руки и выкинул ее в окно, словно кидал за шкирку, на диван, нашкодившую кошку. Я выпрыгнул следом, схватил ее за руку — поднялась она сама, и побежал в сторону западной части леса.

Девушка, придя в себя, начала меня тянуть в центр лагеря. «Хрен с тобой, Золотая Рыбка, веди» — подумал я и побежал за ней. В центре лагеря перед моими глазами предстали заключенные, но не в полном составе. Кто-то был ранен. На земле же были видны последствия битвы — это была резня. Подозреваю, что громилой в одностороннем порядке.

Я указал на себя, потом на запад и отправился, почти бегом, за своим рюкзаком. Я уже понял, что эти ребятки смогут постоять за себя сами, а мне, черт возьми, хотелось свалить уже подальше, как и планировалось изначально.

Не останавливаясь и не давая себе времени даже короткую передышку, я добежал до своих вещей. Заключенные, как оказалось, бежали за мной. Начинало светать и обзор постепенно становился лучше. Я быстро надел рюкзак и закрепил его защелками в надежде свалить вдобавок и от преследующих меня союзников.

В этот момент мимо моего носа просвистела стрела. Вот буквально еще чуть-чуть и у меня был бы прекрасный шанс покинуть сию юдоль плача и страдания. Правда, пользоваться им у меня желания не возникало.

Люди за моей спиной продолжали свой бег. Один щуплый и тощий паренек выхватил лук и стрелы, что еще лежали около дерева, и начал пускать стрелу за стрелой в южную сторону, откуда нас атаковали дальнобойной атакой противники.

Пока я пытался осознать, что, на хрен, здесь происходит, громила вышел вперед, что-то мне сказал и побежал вместе с толпой, что направилась за ним. Ну, видимо, вариантов у меня не то что бы много.

Мы успели пробежать десяток километров, как нам во фланг выскочил мечник. Почему-то он ринулся на меня. Я отчаянно пытался затормозить и уклониться от его удара, но в этот момент он кинул мне землю в глаза.

От неожиданности я потерял равновесие и его меч резанул меня по плечу. Я откатился в сторону, чудом не попав под второй удар, и только начал подниматься на ноги, как моему противнику в голову вошла стрела. Это все был тот же тощий парень, который в самом начале схватил мой лук. Откуда, мать твою, у тебя столько стрел? Я был уверен, что их осталось в несколько раз меньше!

Я опять ломанулся за толпой, что не спешила остановиться и подождать меня. Ну, здесь каждый сам за себя, бесспорно. Стоило догнать убегающих, как на нас в очередной раз напали с фланга. Я искренне надеялся, что это не все силы, а только разведчики, что отправились в лагерь первыми.

Завязался бой. Несколько человек из нашей группы побега, включая громилу, остались сражаться — остальные продолжали бег. Я очень хотел бежать вместе с ними и не попасть никому под горячую руку, но планы все шли и шли под откос. Я увидел, как мечник бросился на девушку, что помогала мне в моих поисках внутри барака.

Я начал буквально прыжками перемещаться в их сторону, доставая на ходу меч в одну руку и кинжал в другую. В моей голове пронеслась мысль, что в данный момент я подражаю шпажисту, но я заглушил ее — все равно инстинкты работали быстрее.

Мечник уже замахнулся на нее и хотел сделать рубящий удар, но я успел вовремя. С горем пополам я смог его заблокировать. Я попытался выбить точным ударом меч из его рук, но промазал и почти отсек его кисть. После небольшого усилия меч поддался мне и я смог достать его из руки этого мечника, что сразу же упал наземь, держась за покалеченную руку.

Девушка добила его быстрым и четким ударом копья. Мда, я совсем профан в этом деле. Громила к этому моменту разобрался еще с двумя мечниками. Только мы развернулись и начали бежать, как в мою икру на ноге прилетела стрела. Настоящая, мать его, стрела, прилетела в мою ногу. От такого поворота событий я уже второй раз за этот побег свалился на землю.