Зорба покинул кабинет и дверь тихо закрылась. Мастер взъерошил свои волосы и громко выдохнул. Он закончил искать нужные бумаги и быстро пробежался глазами по их содержанию.

«Началось, значит, — размышлял он, не отрывая взгляд от документа. — Я обязан сообщить Ей…»

Мужчина поднес бумагу к свече, и, глядя пустыми глазами на пламя, что-то практически беззвучно шептал. Стоило бумаге догореть и рассыпаться в пыль, как кабинет поглотила тишина.

***

Приглушенные взбудораженные голоса разбудили меня. Как же надоели эти соседи сверху… Они когда-нибудь перестанут включать звук в телевизоре на полную громкость? Кошка так приятно греет ноги, что даже открывать глаза нет желания. А вот кондиционер включить бы стоило — жара в комнате дикая.

Я попытался заснуть вновь — мне было крайне интересно, чем закончится приснившийся мне замес, в котором я получил ранение. Надо, видимо, меньше читать про попаданцев, а то всякая хрень снится.

Сон не шел — я чувствовал себя на удивление бодро. Зажмурившись покрепче, но все продолжая лежать в кровати, я начал потягиваться. Внезапно острая боль пронзила мою правую лопатку.

«Что за херня? — подумал я и открыл глаза. — Пульт убрать забыл, что ли?»

Вопреки моим мыслям — представший интерьер был далек от привычной мне комнаты. Удивило меня не отсутствие кондиционера над моей головой, а деревянные потолок и стена. Я приподнял голову и посмотрел на «кошку» — ей оказалась рука. Не моя. Остатки сонливости как корова языком слизала. Реальность происходящего не давала усомниться — все предыдущие события мне нихрена не приснились.

Я резко сел, скинул с себя руку, как оказалось рыжеволосой девушки, и одеяло. Моя одежда лежала на кровати, в ногах, а одет я был только в какие-то холщовые штаны. Вместо футболки я был перемотан бинтами. Девушка спала, находясь на стуле и кровати одновременно — мое пробуждение никак не повлияло на ее крепкий сон. Мда, спина у нее явно будет болеть при пробуждении. А нечего люд добрый пугать!

Наручные часы, к счастью, были на мне. Два часа дня, 22 число. Какое-то оно, мать его, заколдованное.

Помимо кровати и стула девушки в комнате был письменный стол с зеркалом, на котором лежало все мое добро, включая рюкзак. На удивление его или не открывали, или закрыли обратно — выглядел он не тронутым. И… все. Больше ничего не было. Маленькая комната, словно я опять в японском апарт-отеле. Только, в отличие от него, здесь не было двери в ванную, а интерьер был дико скуден. Ставлю этой гостинице два из десяти за комнату. Эй, а тут «все включено» или «только завтраки»?

Я вновь подвигал правой рукой, и она по прежнему болела. Изумительно, мать вашу. Это чертов островок постоянности, который мне нахрен не нужен! Я начал снимать с себя бинты. От боли и вида крови меня всего передернуло. Не люблю я кровь, от ее вида мне обычно становится дурно. Особенно в тех случаях, когда кровь — моя.

Из трех уведомлений системы, о которых я помнил, осталось только одно. Еще одна, мать вашу, прекрасная новость. Ну прям полон день открытий чудных. Эй, система, что это за херня? Я два из них что, открыл, пока был без сознания? Точно никакого лога не предусмотрено, а?

Я аккуратно, стараясь не потревожить девушку, слез с кровати и присмотрелся к ней. Почему-то она выглядела крайне знакомо. Рыжие, или, скорее, светло-красные волосы. Веснушки на лице. Курносая.

— Ба! Так это ты меня потащила в лагерь и не дала свалить! — мой недовольный и тихий шепот было невозможно услышать за гулом толпы снаружи.

Я подошел к окну и посмотрел на широкую улицу. Здания были в три-четыре этажа, деревянные и каменные стояли вперемешку. Какие-то дома были с широким, огороженным забором двором, а некоторые прижимались друг к другу настолько сильно, что не было и минимального зазора между ними. Никакого единства архитектурной композиции! Перед входом в здание, где я находился, собрались люди и о чем-то переговаривались. По дороге катились запряженные кареты да всадники на лошадях. Мой план проникнуть в город был успешно выполнен, но это не сильно вдохновляло меня.

Выбираться из окна я быстро передумал — никогда не хотел летать с третьего этажа. Еще и на людей. Маловероятно, что это будет походить на стэйдж-дайвинг.

Мда. Наверное, в этом нет ничего странного. В конце концов громила меня донес до города. Надо будет сказать ему спасибо при встрече. Правда, я искренне надеюсь, что встреча не состоится.

Я подошел к зеркалу и, встав вполоборота, посмотрел на свою спину — с правой стороны было видно мясо от ранения стрелой. Такой «прекрасный» вид заставил меня слегка перекосить свое лицо, и я полез в рюкзак за волшебными зельями. Я вылил на рану парочку бутылок и не увидел эффекта — дырка в спине как зияла плотью и запекшейся кровью, так и продолжает зиять. Мои брови сами поднялись от удивления, и на сей раз я выпил пузырек. Результата опять не было. Мда, или зелья просрочились, или с раной проблемы. Но на ноге, при этом, не было и шрама. Дела…

На столе лежала дополнительная ткань, которая, по всей видимости, использовалась в этом мире вместо нормальных стерильных бинтов. Из одной части этой ткани я сделал себе компресс, смоченный зельями из рюкзака, а с помощью другой перебинтовал как мог. Самолечение было на троечку. Из десяти. Фильмы — это, конечно, хорошо, но в реальности самостоятельно перебинтовать свою же спину с компрессом, лежащим на ране — то еще занятие. Повторять никому не советую.

По прежнему стараясь двигаться беззвучно, я начал одеваться в привычную одежду. Моя любимая футболка с концерта Ir*n Maid*n была в крови. Ровно как и балахон. И куртка. И все они, что не удивительно, были продырявлены. Джинсы тоже зияли дырой и запекшейся кровью. Эй, в этой гостинице есть прачечная?