Так и есть.

От вспыхнувшей радости, Ника забыла об осторожности и устремилась к противоположной стене. Из груды мусора торчал автоматный ствол, задранный вверх. Девушка присела на корочки. Отложив фонарь, она с замиранием сердца вытянула на свет АКМ. Все остальное, лежащее рядом с оружием, также заслужило ее внимания. Тряпье оказалось вовсе не тряпьем – человеческими костями, туго обтянутыми кожей. На некотором расстоянии стояли крепкие на вид ботинки. Однако того, что она искала, поблизости не нашлось.

Девушка повела фонарем вглубь туннеля, отвоевывая у темноты новый участок пути. В этот момент и нашелся рюкзак, лежащий в нескольких шагах от высохшего трупа.

Ни к чему из личных вещей, Ника не прикоснулась. К немалому разочарованию, фонарика в сумке не нашлось. Зато на ее счастье обнаружился пистолет ТТ с двумя запасными магазинами. Ника несказанно обрадовалась такому подарку.

Счастливая от мысли о собственной защищенности, Ника зашагала вперед. Автомат, навешанный на плечо, колотил по спине. Его тяжесть радовала. Вновь приобретенный пистолет она убрала в мешок, справедливо рассудив, что сейчас не время и не место опробовать оружие. По-прежнему полагаясь на свой безотказный ПМ, девушка продвигалась дальше.

Впереди, где-то в опасной близости ее ждал загадочный красный круг. Ника отмеряла себе фонариком все меньший участок, все чаще останавливалась, пристально изучая затянутые в бетон стены.

Порыв ветра, обдавший холодом щеку, Ника приняла за сквозняк, возвещавший о недалеком выходе из туннеля. Она заторопилась. Экономя батарейки, заставляла себя сделать в темноте еще шаг – два, в то время как чертовски хотелось зажечь свет.

Она упрямо шла в темноте, вытянув вперед руку. Девушку снова обдало ветром. Нажав на кнопку, она осветила близкое пространство. Дальше двух – трех шагов темнота сгущалась. Еле заметный луч уже ее не пробивал.

Внезапно сзади раздался свистящий звук. Будто кто-то шумно втянул в себя воздух. Затылок онемел от холода.

Ника крутанулась на месте, одновременно включив фонарик. На последнем издыхании луч света выхватил из темноты пустоту. И погас. Уже не думая ни о чем, еле живая от ужаса, девушка бросилась вперед, ощупывая рукой и стену, и пространство перед собой.

Когда рука наткнулась на что-то холодное и влажное, Ника отскочила назад. Под ноги что-то попалось, и она оступилась. Инстинктивно девушка впилась ногтями в стену, и это остановило ее неизбежного падения.

Ника выставила перед собой фонарь и дрожащей рукой нажала на кнопку, молясь о том, чтобы хватило батареек.

Фонарь послушно загорелся.

Прямо перед лицом Ники на расстоянии вытянутой руки возникла огромная морда с круглыми черными глазами. Стянутый поперечными морщинами коричневый череп, покрытый сочащимися гноем наростами. И распахнутые веером многочисленные щупальца, унизанные грязно-красными присосками. В центре влажной бурой ямы пульсировали кольца трахеи.

Ужас, от которого остановилось сердце, толкнул Нику под руку. Туда она и выпустила всю обойму – прямо в центр расширяющейся багровой плоти. Вернее, внутрь твари угодили первые три пули. Остальные пять прошили пустоту.

Оглушительно взвыл туннель. Качнулась земля, дрогнули стены. Все вокруг завыло, завизжало.

Не видя ничего в кромешной тьме, девушка бросилась бежать, спотыкаясь и падая на колени, раздирая ладони об острые то ли камни, то ли человеческие кости. Зарываясь лицом в грязные тряпки, пропитанные запахом пота и крови. Снова и снова поднималась, уже не надеясь на то, что доживет до выхода. Судорожно сжимая в руке ненужный пистолет, она бежала вперед.

В туннеле завывала тварь. Звуки разрастались, и девушке казалось, что кровосос следовал за ней попятам, и, стоило ей остановиться, как мерзкие присоски вопьются ей в шею, разорвут кожу и выпьют кровь.

Ника продолжала бежать даже тогда, когда впереди осветился полуденным светом выход из туннеля, когда под ногами зашелестела трава. Ослепшая, полумертвая от пережитого ужаса, она неслась по лесу, пока не споткнулась о вывернутый из земли корень. Стремительный кувырок через голову вернул девушку к жизни.

Первое, что она увидела – вдавленная, распластанная в лепешку комариной плешью тушка вороны. Причем, в нескольких сантиметрах от собственной руки, впившейся ногтями в сухую землю.

С великой осторожностью Ника убрала руку, отползла подальше и только потом поднялась в полный рост.

Падение отрезвило. Ника отряхнула штаны, бросая злобные взгляды на комариную плешь. Такому пристальному вниманию аномалия была обязана вовсе не вороне, и не тем, что так неудачно расположилась на пути, едва не отправив на тот свет. Падая, Ника выпустила из рук пистолет, долгое время служивший ей верой и правдой. Комариная плешь собрала дань. Недалеко от вороны, он остался лежать навеки, сплющенный в жестяной блин.