Шрифт:
— По… по-зо-вите! — задыхаясь, выплюнул он слоги.
Охранники изумленно заржали.
— Кого позвать-то? Мамку что ли?
— Позовите Вия! — заорал он, едва не добавив к дурацкому паролю ругательство.
Ребята покатились со смеху и засвистели еще пуще.
"Ну, Влад, если я из-за тебя зря шутом выставился, не видать тебе своих ушей, как… своих ушей"
Бам!
Бам!
Бам!
Стук в дверь прогрохотал как тяжелые шаги.
— Открыто! — крикнул пучеглазый, вынув из рта свистульку.
Бам!
Бам!
Бам!
— Сходи, глянь кто там? — сказал щекастый.
— Сам посмотри.
— Ну ты и ссыкло, — сказал стражник, подошел к двери и потянул за ручку. — А еще стра...!
Пухлого откинуло от двери, словно его боднул огромный бык. Но кто бы догадался притащить в здание скотину?
Второй стражник достал саблю. Давно нечищеное лезвие задрожало в его руках, когда в зал вошел грязный взлохмаченный фавн с бешеными глазами. Крысовек настороженно попятился. Дедок — божий одуванчик — сидел как ни в чем не бывало.
— Броса-ай! — проблеял фавн и по-козлиному устрашающе затрепал губами. — Бр-л-р-л!
Сабля звякнула об пол.
— Дяденька сатир, можно, я пойду? — промямлил стражник.
— Нет, нельзя, — сказал Элексий входя в зал следом за чудищем. — И это фавн, балда.
— Эл? — узнал пухлый, лежа на полу у стены.
Охотник подал ему руку, но не смог поднять крупное тело.
— Помоги, — попросил он пучеглазого.
Тот, не понимая, что происходит, на удивление легко согласился, подошел и ухватил товарища под локоть. Элексий одной рукой держал лапищу лежащего парня, а вторую положил на плечо его напарника. Оба стражника затряслись от разряда и рухнули без сознания, сложившись в одну кучу.
Элексий без сил облокотился на стену.
— Давай, останавливай шарманку, — попросил он помощника электрика.
— Сам останавливай, — окрысился тот.
— Лыш! Держи его! — крикнул охотник засмотревшемуся на колесо фавну.
— А? — отвлекся Лыш, и тут же от внезапного толчка распластался на полу, как опрокинутый на спину жук.
Помощник электрика без труда прошмыгнул мимо кинувшегося на него охотника и юркнул в дверь.
— Лышь, блин!
— Вот крыса! — прошипел фавн, вставая и бросаясь вдогонку.
— Не то слово, — тяжело выдохнул Элексий, все еще отходя от собственного электрошока.
Он перешагнул через стражников, поднялся по пандусу к решетке и подергал дверь.
— Дед, ключ у тебя? — спросил он у главного электрика.
— У Никитки был. Сейчас придет, — буднично ответил дед, не обращая внимания на валяющихся на полу стражников.
Никитка, стало быть, и был тот крыс, догадался Эл. Придет он, как же.
— Ща, Север, погоди.
Север не ответил — не было ни сил, ни культурных слов. Годить, это все что он мог в принципе. Если бы он знал, что процесс помощи затянется настолько, крикнул бы пароль еще в начале всего этого испытания.
— Дедуль, как остановить колесо?
Старший электрик растерянно смотрел на Элексия.
— Не знаю, сынок. Обычно само останавливается, когда чудище умирает.
— А если там человек?
— Да кто ж сюда человека посадит?
— А это, по-вашему, кто? — мирно упрекнул Элексий, показывая на Севра, и немного подтолкнул к нужной мысли мороком, развеивая старое внушение.
Лицо старика вытянулось и округлились глаза, словно он только что прозрел.
— Как это… Что ж это?.. Чего это делается? Где я? — он схватился дрожащей рукой за грудь, испуганно попятился и сел на стул.
Элексий махнул на него рукой и стал искать, чем застопорить колесо. Это надо было сделать плавно и осторожно, чтобы Север не убился. Для этой задачи нашелся только веник. Недолго думая, охотник осторожно, будто вдевая нитку в иголку, сунул его под барабан.
Хрясь! — сказал веник, вырванный из рук Элексия.
ТУДУМ! — грохнуло колесо.
Бы-дыщь! — Север затормозил головой.
На этом колесо не остановилось. Закусив веник, огромная бандура сошла с шестерней и медленно поехала с постамента. Элексий оттащил старика с пути колеса и отвел к двери, велев ждать его.
Колесо сошло на пол и медленно подмяло под себя генератор, уткнувшись в стену.
Генератор заискрился.
Свет потух.
Весь город погрузился во мрак.
Глава 52 Все смешалось
Север видел, как рождается вселенная. Сверхновая вспыхнула прямо на его глазах, когда он коснулся своим лбом с деревянным полом. Перекатываясь в съехавшем с места колесе, как плюшевый мишка в барабане стиральной машины, он думал, что плавает в космосе среди россыпи звезд и цветных галактик.