Все в зале одновременно стукнули себя кулаком по груди:

— Во славу Ферксии!

Пленник смеется. Лицо Оттона перекосилось от злобы.

— Что ты сказал?

— Я сказал: ты несчастный, завистливый дурак, который боится сказать людям правду. Трус.

Зал замер. По груди императора стекала кровавая слюна.

— Заприте его в самой тесной и темной камере, — велит он двум гвардейца. — Через месяц, на празднике Единения ты будешь казнен, изменник. Вон!

Оттон проводил взглядом предателя и кончиком плаща протер нагрудник.

— Конрад, — он манит к себе, — для тебя есть работа.

— Отпусти, — сквозь зубы вырывается угрожающее шипение. Реймонд разжимает медвежью хватку.

— Да, мой повелитель! — Колено стукается об пол.

— Головой отвечаешь за него.

— Слушаюсь!

Брови Оттона взмывают вверх; он усмехается.

— Ха, Видящая была права. Но заруби себе на носу: унижать человека без дозволение — не твоя привилегия. — Император посуровел. — Еще раз меня подведешь — твоя семья сгорит.

****

— Мы пришли.

Эрик руками раздвинул ветки, осторожно пробрался сквозь колючие кусты и вышел на открытую полянку перед домом. Конрад последовал за бывшим соратником.

Косые лучи полуденного солнца отражались от широких луж, оставленных ливнем, и освещали то кривоватые высокие деревья, то мрачный дом беглого ферксийца. Конрад склонил голову набок — так он выражал сомнение. Убежище казалось до смешного нелепым: черепица под ногами хрустела, как старые кости, деревянные стены частично прогнили, на крыше гнездились птицы, половина окон разбита, а половина в пыли. Но смущало ни столько ветхость дома и настежь открытая дверь, сколько тягучая тишина.

— Он пустой.

Эрик обозлено покосился на приятеля.

— Да что ты. Если бы не твои постоянные отлучки с треклятым дождем, мы бы успели их перехватить.

— Я бы сказал — из тебя никудышный следопыт.

— Р-р-р… — Раздалось в ответ гневное рычание. — Идем в дом.

Конрад пошел вслед за Эриком. Истоптанные ступеньки под ногами скрипели, пока они поднимались на веранду. Стол рядом с дверью был измазан черными разводами, повсюду рассыпана металлическая стружка. Эрик деловито провел пальцем по столешнице и понюхал его.

— Дворфийский порошок, — вполголоса прошептал он себе под нос. — Посредник точно был здесь.

Конрад пожал плечами и решил зайти в дом. Его мало волновали кляксы, невидимые следы и прочая чепуха. Клинок жаждал крови подлого предателя. Ферксиец почти ступил на порог, а Эрик молниеносно схватил его руку. Конрад проследил за взглядом Мясника и заметил, что нога туго натянула блестящую леску.

Эрик указал пальцем на потолок. Кто-то очень умело поставил хитроумную ловушку. Леска приводила в движение механизм, который отцеплял огромную секиру с крючка на голову незваному гостю, как маятник.

«Еще бы чуть-чуть…».

Впрочем, пусть Эрик не ждет благодарностей. Этот самодовольный тупица виноват во всем. Конрад убрал ногу и перешагнул через первую преграду. В доме было тихо. Тише, чем на кладбище. Запахи эликсиров, золы и дегтя витали в воздухе. Стены в плесени, с потолка капало, недоставало половиц. Воистину, — логово под стать предателю.

Конрад прошел в гостиную. На полу лежал скимитар, неподалеку от него, возле кровати, скомканная одежда, окровавленные бинты, а на ней медальон. Он наклонился, чтобы поближе рассмотреть оружие, но Эрик был тут как тут, отдернув Конрада за плечо.

Мясник вытащил меч и кончиком прикоснулся к лезвию скимитара.

Ш-ш-ш…

Шипение сопровождалось едким дымом. Затем сабля растворилась, оставляя новую дыру в полу. Конрад не сказал ни слова. Он подошел к кровати. Медальон привлекал внимание. Украшение отливало серебром, его покрывали эльфийские руны; исходящие волны силы манили. Рука сама потянулась к вещице.

— Я отрублю тебе руку, если прикоснешься к этой дряни, — не глядя произнес Эрик. Он осматривал пол возле камина. — Просто стой.

— Это обычный медальон, — ответил Конрад, тем не менее здравомыслие взяло верх. Каким бы ублюдком ни был Эрик, он куда лучше понимал ход мыслей Посредника и знал о подлых уловках.

Не прошло и часа, как Эрик вдоль и поперек обошел дом. Он умудрился обезвредить еще с десяток ловушек, а также отыскать тайный лаз. Тоннель вел на восток. Каждый дюйм был усыпан всевозможными механизмами: от капканов до ядовитых дротиков. Неповоротливость и неуклюжесть Эрика оказались обманом; он ловко избегал препятствия и велел Конраду идти по его следам.