Шрифт:
Нина в ужасе слушала его угрозы и признания.
– А вы, миледи, - обратился Антон к ней, - пожалуйста, прекратите изображать оскорбленную невинность и скажите мне прямо и честно, что вы ко мне совершенно равнодушны! Только ключевое слово - честно.
Нина опустила голову и закусила губу. Костя фыркнул:
– Ладно, дальше я не хочу слушать, выясняйте сами...
– Костя, нет!
– всхлипнула Нина.
– Пожалуйста, не думай, что я такая... Я совсем запуталась...
– Да что тут путаться? Все же хорошо, он любит тебя, ты любишь его, бабосов у него полно - чего тебе еще надо? Желаю счастья! Продажная тварь...
По лицу Антона снова промелькнула тень, он в два прыжка догнал Костю и одним движением сбил его с ног.
– Я тебя предупредил, кусок г...на! Импотент вшивый, только и можешь, что обвинять всех в продажности, потому что сам не способен ничего достичь! И из жалости к этой твоей никчемности она обязана до конца дней твои ночные горшки выносить?
Нина слушала его в ужасе, и главным образом этот ужас относился к тому, что эти слова казались ей слишком грубыми, но не такими уж несправедливыми.
Костя поднялся на ноги и бросился на Антона - у них завязалась драка. Ее быстро заметили другие гости, вокруг собралась толпа зевак. Какая же свадьба без драки! Воспаленное сознание Нины случайно выхватило из реальности чей-то сплетничающий голос:
– Этот тоже ее жених, она двойную игру ведет.
Несколько пар любопытных глаз обратилось к Нине - она в ужасе заломила руки, потом схватилась за голову и убежала прочь. Как хорошо, что ей пришло в голову взять с собой достаточно денег, чтобы теперь уехать на такси! По дороге домой она смотрела в окно, глотая слезы. Голову ее распирала тысяча теснящихся мыслей. Как она могла не заметить, как она могла позволить себе увлечься, что же ей теперь со всем этим делать? Она обидела и унизила обоих мужчин, но, возможно, каждый из них готов принять ее и примириться с ней, если только она окончательно решится...
Голова ее была такой тяжелой и больной, что она не смогла ничего надумать, и легла спать. Однако буквально через час ее разбудил звук пришедшего в мессенджер аудио-сообщения. Это был Костя.
– Прости, - пробубнил он в трубку, очевидно, через распухшую губу.
– Я не хотел тебе грубить, просто очень разозлился, когда увидел, как вы целуетесь. Я понимаю, этот паук заманил тебя в свою паутину, оплел со всех сторон... в общем, если ты не очень сильно обижена, может, встретимся завтра где-нибудь на нейтральной территории, просто посидим, поболтаем?..
"Конечно!" - быстро напечатала ему в ответ растроганная Нина и спряталась обратно под одеяло. Но еще через 15 минут телефон зазвонил.
– Алло, - хрипло ответила она спросонья.
– Нина, это я, - сказала трубка голосом Антона.
– Выйдите ко мне, пожалуйста, на минуту, мне очень надо с вами поговорить.
Голос его был мягким, несмотря на вернувшееся "вы", и не обещал неприятностей. Поэтому Нина натянула спортивный костюм, сунула ноги в кроссовки и спустилась во двор. Антон стоял возле своей машины, вид у него был весьма потрепанный. Нина подошла совсем близко к нему и стала сочувственно рассматривать фингал у него вокруг левого глаза, многочисленные ссадины и царапины.
– Мне очень жаль, что так вышло, - прошептала она сокрушенно.
– Да уж, - усмехнулся Антон, - щенок дрался не на жизнь, а насмерть. Кое-как его охранники от меня отодрали. Должен признать, что он не трус, хоть и задохлик.
Нина молча вздохнула.
– Скажи, - снова заговорил Антон после небольшой паузы, - я могу попросить тебя поехать со мной... обработать мне кое-какие боевые ранения... там, на спине, мне самому не достать...
Нина колебалась. Ей было страшно в глухую ночь остаться с ним наедине в его квартире, но она считала себя виноватой в том, что случилось, и ей было неловко ему отказать - так она объясняла самой себе этот опрометчивый поступок, а на самом деле... возможно, она не так уж и боялась остаться с ним наедине.
Глава 13. Долгий разговор
Как только они вошли в квартиру, Антон первым делом снял с себя растрепанную и порванную рубашку, демонстрируя не такое уж израненное, зато очень мускулистое и поросшее густыми курчавыми волосами тело. Нина не могла оторвать от него глаз, как бы это ее ни смущало. Антон, делая вид, что не замечает этого, включил кофемашину, достал аптечку и уселся перед гостьей на стул, лицом к его спинке и спиной к Нине. Она осторожно провела пальцами по гладкой коже, мужчина замер в ожидании ее дальнейших действий.
– Тут особенно нечего обрабатывать, - прошептала Нина.
– Пара синяков и мелкие царапины, крови нет.
– Что ж, это хорошо, - ответил он хриплым, прерывистым голосом, вставая и медленно поворачиваясь к ней лицом.
– Сожалею, что напрасно дернул тебя посреди ночи. Ты ведь уже спала?
– Пустяки, - покачала она головой, пряча глаза.
Он возвышался и склонялся над ней могучей громадой, его мощные предплечья так и просили прикосновения ее тонких пальчиков. Нина осторожно вздохнула, стараясь отогнать наваждение. Если сейчас она поддастся искушению, то не сможет завтра поговорить с Костей, а ей так хотелось этого! В этот момент кофемашина просигналила, что напиток готов. Антон посмотрел на нее без малейшей неприязни, потом перевел масляный взгляд на Нину.