— Приветствую тебя, мой господин Ис! — выкрикнула она. — Прими мой дар и смени гнев на милость!

Ледяная вода обвилась кольцами вокруг тела Брадис, соленая фата накрыла лицо, жидкость пробивалась в нос, в уши, в рот. Бардис кашляла, задыхалась, давилась водой, но стояла покорно, позволяя богу делать все, что он хочет. Холодные струи просочились под ее рубашку и брюки, нежно скользили по коже, оставляя вереницу мурашек. А иногда вдруг хлестко били ее, сжимали талию и бедра тисками. Жгучая морская вода проникала внутрь ее тела, разливалась огнем. Боль пронзала Бардис раскаленными иглами, ледяными кристаллами, разрывала на части. Так бывало всегда. Ис не был добрым, его явление всегда приносило страдания. И долг женщин королевской крови — принимать в себя бога и гасить его гнев.

Бардис уже не осознавала окружающее, она вцепилась пальцами в борт драккара, ее тело выгибалось дугой. Она вставала на носочки, растягиваемая водой, сжималась в комок. Боль пульсировала в ней толчками, то усиливаясь, то ослабевая. Ей казалось в шуме волн и вое ветра она слышит горячее дыхание и низкий шепот, зовущий ее по имени и говорящий ласковые слова. Когда стало уже невозможно терпеть, Бардис закричала, запрокинув голову к беснующемуся небу.

— Гарнс, Гарнс! Да скажи же мне, что там происходит!

Линнар отчаянно теребил плечо старпома, кричал ему в ухо, но тот оставался безучастным.

— Не твое дело, сиди и жди, — методично отвечал он.

Но Линнар не мог сидеть и спокойной ждать, он места себе не находил от страха. Преданный Единому Богу он, несмотря на рассказы о силе дартагскогой магии, никогда не верил в Иса. Теперь же он был готов признать, что жесткий морской бог действительно существует. Ужасный шторм просто не мог быть обычным природным явлением, он налетел слишком внезапно. Что это, если не гнев Иса? И сам Линнар его вызвал, не позволив убить пленников. Но если бы он мог вернуться в то мгновение, то наверняка снова заступился бы за галад-задорцев, даже зная о силе гнева Иса. Он опять обрек бы команду на гибель.

Линнар сжал руками голову: как же тяжело жить правильно, не жертвуя ничьими жизнями! Почему этот мир всегда требует крови?!

Сильнее всего Линнара изводила неизвестность, он не знал, что случилось с Бардис. Гарнс упорно молчал, проще было разговорить каменную статую. Линнар предпринял очередную попытку встать, но железная рука опустила его на пол.

— Я же сказал, не дергайся, — устало буркнул Гарнс.

— Почему ты ничего не рассказываешь? — требовательно спросил Линнар.

— Потому что тебе не положено знать.

— Тогда хотя бы скажи, насколько велика опасность для Бардис?

Ответом было молчание, и Линнар уже решил, что вопрос опять потонет в вязкой невозмутимости Гарнса.

— Обычно общение с Исом проходит нормально, — вдруг произнес он. — Но иногда, когда бог сильно разгневан, он забирает женщину королевской крови с собой. Такое случилось с королевой Финис и принцессой Далис. Так что я не знаю, чем все закончиться для Бардис. Это как игра в кости: может выпасть две шестерки, а может — единица.

Тут грохот волн и рев ветра перекрыл протяжный, полный муки вой. Человеческое горло просто не могло извергнуть такой звук.

Линнар рванулся к лестнице, хлопок по спине — и он рухнул на мешок с золотом, слитки больно вонзились в тело.

— Сиди. — В раздавшемся из темноты голосе Гарнса слышалось едва уловимое напряжение. — Еще рано.

— Но Бардис! Ей же больно! — Линнар чуть не плакал. — Мы должны ей помочь!

— Нужно обождать несколько минут прежде, чем выходить на палубу.

— Любой мужчина, увидевший ритуал общения женщины с Исом, умрет на месте, — неожиданно сказал сидящий рядом Толан.

Остальные моряки хранили угрюмое молчание.

Они ждали, бесконечно долго тянулось время. Линнару очень хотелось погрызть ногти, хотя он гордился, что смог избавиться от этой позорной привычки еще в детстве.

Линнар не сразу понял, что наступила тишина. Он больше не слышал воя ветра и шума дождя. Драккар перестало подбрасывать на волнах, как мячик.

Матросы заволновались, зашептались.

— Пронесло, — пробормотал Толан. — Хвала госпоже Бардис.

— Пора, — пробормотал Гарнс и, протолкавшись к лестнице, полез на палубу.

Линнар не отставал от него, сердце в груди гулко колотилось: «Бар-дис», «Бар-дис».

Когда Линнар выбрался следом за Гарнсом на мокрую палубу, то сразу же увидел ее. Жена скорчилась у левого борта, вцепившись в дерево мертвой хваткой. Линнар бросился к ней, оттолкнул Гарнса и рухнул рядом на колени. Хвала Единому Богу или Ису, или им обоим, Бардис дышала. Неровно, прерывисто, но дышала.