— Сантер, — тихо сказала она. — До того, как Истван принял меня к себе, я была воровкой. Тогда я не была большой и сильной. Я была маленькой, ловкой и быстрой. Кинжал был моим оружием… и я тренировалась с ним день и ночь… и обнаружила, что у меня хорошо получается пользоваться им, лучше, чем чем-либо другим. Прошло много времени с тех пор, как я промахивалась… и кинжал всё ещё первое, что приходит мне в голову, когда меня атакуют…

— Но до стрелка было добрых тридцать шагов. Удивительное расстояния для метания кинжала.

— Да, — согласилась она и пошла дальше. — Однако сегодня я знаю, что уже тогда использовала магию… только не знала, что использую её и как.

— Значит то, что вы отразили болт, одновременно уклонились от него и метнули кинжал — не было магией. Но это магия заставила кинжал поразить цель? — поражённо спросил Сантер.

— Именно так. Но мне показалось ещё более удивительным, что вы смогли поймать болт!

— Это, без сомнения, была магия доспехов. — Он испытующе посмотрел на неё. — Я знаю вас вот уже два дня, Дезина. Если бы меня спросили раньше, что я ожидаю от маэстры…

— Молнии и грома, огненной бури, которая сожгла бы этого убийцу дотла, содрогание земли, когда я ступаю по ней? — спросила она с улыбкой.

Сантер засмеялся.

— Что-то вроде того.

— Поток миров снова течёт всего несколько недель. Сначала я научилась мелочам… вещам, для которых требовалось небольшое количество магии или совсем не требовалось. Таким, которым, наверное, может научиться каждый… и я привыкла обходиться малым. Если бы я бросила в этого убийцу молнию, какая бы была разница?

— Может тогда посол воспринял бы вас более серьёзно?

— Может быть, — засмеялась она. — Я в этом сомневаюсь. Не забывайте, что я женщина. — Она бросила на него озорной взгляд. — Я с радостью оставлю сотрясать землю под вашими шагами вам. У вас в этом больше опыта!

Сантер тоже засмеялся, но в следующий момент она схватила его и затащила в дверной проём.

— Скажите, Сантер… тот человек в коричневой мантии… разве это не полковник Меча Кельтер?

Сантер проследил за её взглядом. Он не был уверен, поскольку только недавно познакомился с этим человеком, но ему тоже так показалось. Однако потом он увидел под манией армейские сапоги и кивнул.

— Вы правы, маэстра, это полковник Меча. Только… почему он прячется под этой мантией?

— Вот и мне и тоже интересно, — прошептала она, ныряя глубже в подъезд, когда Кельтер оглянулся. А когда майор Меча пошёл дальше, она подождала, пока он почти не скрылся из виду, и только потом вышла.

Они оба были слишком приметно одеты, вызывали слишком большой интерес, чтобы сделать больше, чем следовать за полковником Меча на расстоянии. Но это был торговый район с достаточным количеством киосков по обоим сторонам улицы, чтобы можно было легко спрятаться, как только полковник Меча оглядывался.

— Он в этом не мастер, — задумчиво заметила Дезина. — Идёт прямым путём, слишком мало внимания уделяет своему окружению… и он торопится.

— Значит для него это непривычно. Почему… погодите!

Кельтер повернулся и снова посмотрел назад, но, похоже, не заметил их. По крайней мере, Дезину, в случае с Сантером, который выделялся из толпы своим ростом, совсем другое дело, но, возможно, он достаточно быстро шагнул в сторону. В любом случае, Кельтер, похоже, ничего не заметил. Он мгновение колебался, затем исчез в небольшом переулке.

На этот раз они чуть не потеряли его. Сантер ещё успел заметить, как коричневая мантия исчезает в двери стены. Он подошёл к стене, высотой примерно в полторы длины, равной росту человека подпрыгнул и на мгновение ухватился за край, чтобы потом приземлиться обратно.

— Сад. И да, это Кельтер, он как раз заходит через заднюю дверь, и его сопровождает вооружённый охранник.

— Вы знаете, кому принадлежит дом? — спросила маэстра, осматривая здание. Для имперского города типичными постройками были прямоугольник, возведённый вокруг внутреннего двора или подкова, в которой двор был защищён стеной, как алданское посольство. Дома, вроде этого — вилла с обнесённым стеной садом, были довольно необычными.

Сантер покачал головой. Свою караульную службу он нёс в основном в порту, а не в торговом районе. Он знал, кому принадлежит тот или другой дом, как некоторым торговцам или другим известным личностям, но он не мог утверждать, что знает эту часть города настолько хорошо.

Но это можно легко выяснить. Через дорогу стоял киоск, где пожилая женщина продавала горшки. Она громко расхваливала их, очевидно горшки были сделаны и особой меди, к тому же благословлены Астартой…и, если верить её словом, даже суп, приготовленный в таком горшке, гарантировал, что любовь никогда не пройдёт.