— Я не понимаю, — промолвил Таркан, недоверчиво глядя на волчью голову. — Почему вы не отдали её маэстре, когда она была здесь?

— Вот почему, — ответил посол и из того же ящика вытащил небольшую коробочку, которую протянул баронету. Он ничего не сказал, только теперь по его лицу текли слёзы.

Таркан мгновение помедлил и открыл коробочку. В ней лежал тонкий окровавленный палец с одетым на него изысканным филигранным кольцом, которое Таркан уже видел раньше, хотя сейчас не мог вспомнить, где и когда. Рядом лежал свёрнутый кусок испачканного кровью пергамента.

— В прошлом году я подарил это кольцо своей дочери во время храмового фестиваля, — хрипло сказал посол. — Прочитайте письмо…

Таркан осторожно положил коробочку рядом с волчьей головой на полированную поверхность стола и кончиками пальцев выловил письмо. Оно было коротким.

«Вашу дочь в обмен на волчью голову.»

Таркан бросил окровавленную записку обратно в коробочку и с тревогой посмотрел на посла.

— Вашу дочь похитили?

Посол кивнул.

— Она вместе со служанкой была на рынке и не вернулась домой.

— Когда вы получили это послание?

— Незадолго до прихода маэстры. — Посол помедлил. — Это был Дитрос.

Таркан откуда-то знал это имя, но оно ничего ему не говорило.

— Кто такой Дитрос?

— Один из моих телохранителей, — тихо ответил посол. — Он сказал, что за каждым моим шагом наблюдают… одна ошибка, и моя дочь пострадает!

— Боги! — выругался Таркан. — Это означает…

— Да, — сказал посол. — Она в руках Белого Пламени… и я тоже. — Он умоляюще посмотрел на Таркана. — Вы должны помочь мне, баронет. Вы должны её найти… а потом посодействовать, чтобы искоренить эту чуму здесь, в посольстве!

— Посол, — произнёс Таркан. — Если кто-то использует такие методы, значит эта волчья голова важна. Тогда, возможно, что ваш слуга сказал правду, и эти волчьи головы представляют для имперского города опасность!

— Я знаю, — ответил посол, опуская взгляд. — Но я не мог поступить иначе!

— Что вы имеете в виду? — спросил Таркан.

— Я отдал волчью голову Дитросу.

— Но…? — удивлённо спросил Таркан, ведь волчья голова всё ещё стояла на столе.

Посол с болью посмотрел на него.

— Было две волчьи головы, фон Фрайзе, — тихо сказал он. — Вы не знаете того, что мой камердинер не был слугой. Он был рыцарем и храбрым человеком. Агентом королевы, а позже агентом регента. Его задача заключалась в том, чтобы найти убийцу королевы, потому что все улики вели сюда, в Аскир! — Он внимательно посмотрел на Таркана своим здоровым глазом. — Вижу, для вас это не новости.

— Нет, — ответил Таркан. — Новость в том, что Дженкс, должно быть, доверял вам.

— Не во всём, только в некоторых вещах. — Посол вздохнул. — Он пришёл ко мне с этими волчьими головами и рассказал авантюрную историю. Никто из нас ничего не понимает в магии… но только на тот случай, что это правда, мы решили, что не в коем случае нельзя допустить, чтобы эти волчьи головы попали в руки врагов империи. Поэтому Дженкс заказал две копии этих скульптур.

Наконец-то Таркан понял.

— У мастера Реванстина?

— Верно, — ответил посол, удивлённо глядя на него. — Откуда вы знаете?

— Я выяснил это совсем недавно, — вздохнул Таркан. — Все эти секреты… если бы вы с самого начала привлекли к этому делу маэстру из Башни, возможно, Дженкс был бы ещё жив!

— Обе волчьи головы принадлежат Алдану! — возразил посол. — Их нашли в могиле неподалёку от столицы, они наше наследие! Разве мы должны отдавать имперскому городу всё, что принадлежит нам?

— Однако я слышал, что это была могила Совы, — сообщил Таркан послу, качая головой. — Совы принадлежат Аскиру… по крайней мере теперь я выучил, что эти головы никогда не принадлежали нам.

Это был момент, когда молодой баронет впервые увидел, как ломается человек, как посла оставляют все силы. Мужчина тяжело подпёр свою голову руками, его плечи почти незаметно начали дрожать.

— Возможно, вы правы, фон Фрайзе, — хрипло и запинаясь сказал он. — В любом случае, недавние события, кажется, доказывают вашу правоту. Я всё сделал неправильно, может, даже предал свою страну!

— Какую из волчьих голов вы отдали этому Дитросу? — спросил Таркан, но боялся, что уже знает ответ.

— Настоящую, — ответил посол, с болью глядя на баронета.

— Вы уверены? — потрясённо спросил Таркан, глядя на волчью голову, стоявшую на столе между ними. — Может вы их перепутали? — с надеждой добавил он.

Посол в отчаянии покачал головой.

— Нет, не перепутал. Настоящая волчья голова тяжелее копии, скульптор тоже не знал, что это был за камень. И даже выдолбленная и залитая свинцом, эта волчья голова легче… если держать обе в руках, это явно чувствуется.