Ишанта засмеялась.

— Пожалуй вы правы, Ласка. — Она остановилась и огляделась, они подошли к воротам храмового квартала.

— Разве мы не идём к вашей матери? — спросил Ласка.

— Нет, — ответила Ишанта. — Она немного… утомляет. Иногда она забывает, что я уже взрослая и больше не нуждаюсь в её помощи. Ей трудно сдерживать свои пальцы…

— Вот почему она не выходит из дома, верно?

— Вы на удивление сообразительны, Ласка, — улыбнулась первая дочь. — Да благословят вас боги, Ласка. — Он отвернулась, собираясь уйти.

— И вас тоже. Вот. — Ласка протянул ей окантованный серебром череп животного, который она дала ему. — Я ещё раз благодарю вас за это.

— Он принадлежит вам, — промолвила Ишанта.

— Спасибо, — ответил Ласка, низко кланяясь. — Могу я задать вам ещё один вопрос?

Она остановилась, посмотрела на него и выгнула бровь.

— Почему вы поступили так? — спросил Ласка. — Зачем использовали мою помощь?

Она весело покачала головой.

— А как ещё вы смогли бы научиться ездить на ласке? — спросила она и с улыбкой отвернулась. Ласка смотрел ей в след, пока её стройная фигура не исчезла среди похожих, затем взглянул на бледный череп в своей руке. Он был тёплым на ощупь… и Ласка чувствовал его доброжелательность.

Ласка начал ухмыляться, подбросил череп вверх и поймал, и пошёл, тихо посвистывая. Это была мелодия из «Танца богов», старой баллады эльфийского происхождения. Только недавно он слышал, как её поёт Тарида. Эльфы видели богов иначе, чем люди… и Ласке нравился скрытый юмор в их точке зрения.

Он сделал шаг и застыл, когда вспомнил, откуда знал Ишанту. У него чуть не сорвалось с губ проклятие, когда он недоверчиво выпрямился, чтобы ещё раз взглянуть на дочь Мамы, но та уже исчезла в толпе.

— Вот тебе и юмор богов, — прошептал он, вспоминая фреску на задней стене комнаты для восстановления. Он был так сильно сосредоточен на принцессе, что почти не обратил внимания на картину. На ней была изображена богиня: на поляне в лесу она на коленях протягивала оленёнку воду из ручья, который доверчиво пил из её ладони. Глаза, улыбка, стройная фигура… неудивительно, что она показалась ему такой знакомой. Или что он никак не мог вспомнить, откуда её знал. Он не так часто бывал раньше в храме Астарты.

Мама Маербэиллна утверждала, что она древняя богиня. А кто тогда дочь богини?

Медленно повернувшись и посмотрев на храм Астарты, он тихо рассмеялся, хотя всё ещё не мог в это поверить.

— Спасибо, — прошептал он.

В качестве ответа ему показалось, что он услышал далёкий звонкий смех.

72. Дом куртизанки

— Не знала, что вы можете так быстро двигаться, Сантер, — на удивление спокойно сказала Дезина, когда они возвращались в цитадель.

— Я и сам не знал, — ответил Сантер, который всё ещё с трудом понимал, что произошло в посольстве. Он чувствовал полученные им растяжения. — Нам было интересно, в чём заключается магия доспехов, — продолжил он. — Думаю, что именно благодаря их магии я смог так быстро двигаться! Только вот она совершенно не считалась со мной и моими бедными костями. Кроме того, в этом не было необходимости. Вы сами отбили болт… и это, в свою очередь, впечатлило меня. Как и бросок… это ваша заслуга или заслуга мантии?

— Нет, — ответила она. — Есть упражнения для разума и души, изложенные в древних текстах. Они предназначены для фокусирования ума и воли… инструкции, как научиться чувствовать, видеть и формировать магию. Но как бы сильно я не старалась, у меня не получалось это много лет. Эти упражнения… там было написано, что они смогут облегчить этот процесс, поэтому я более чем добросовестно выполняла их. Это было то, что я могла, Сантер… Они казались мне способом, как я могу добраться до цели. Поэтому я при каждой возможности практиковала эти движения… сегодня я знаю, что я не видела магию, потому что она иссякла, поток миров едва тёк. Того, что можно было увидеть или сформировать, почти не было. Только тогда я этого не знала и продолжал упорно тренироваться… и в какой-то момент мне удалось сдать первый экзамен… — Она улыбнулась. — Вы не можете себе представить, как я гордилась тем, что заставила свечу загореться.

— И как… — начал Сантер, но она уже сама дала ему ответ.

— Я не знала, что эти упражнения служат более чем одной цели. Когда болт летел в меня, я просто знала, как его отразить. В то же время я уклонилась, использовав приём Перьев, который называется Веером… а кинжал… — Она остановилась и посмотрела ему в глаза. Здесь, среди толпы, её капюшон был откинут назад. Хотя Сантер и привык к тому, чтобы видеть её в капюшоне, всё-таки так было лучше, у неё были удивительно выразительные глаза.