— Он действительно умирает? Справедливость восторжествовала, — сказала она. — Ты обещаешь, что это не займет много времени?

— Обещаю, дорогая.

— У меня был прекрасный день, Джефри. Не смог бы ты зайти ко мне ненадолго? — спросила Бретт.

— У тебя не могло бы быть мысли лучше этой, — сказал Джефри.

Джефри встретился с ней ранним утром у гаража, и они поехали в Пенсильванию. Ярко-янтарный, желто-золотой и другие оттенки красного осеннего пейзажа превратили город в живописную картину.

Расположенный на полпути между Нью-Йорком и Филадельфией забавный маленький городок был населен в основном отдыхающими из обоих городов, пожелавшими убежать от лихорадки городской жизни. На главной улице рядами располагались галереи, сувенирные и свечные лавки, булочные и книжные магазины, и Бретт с Джефри паслись там добрую половину дня.

Бретт увидела лампу из цветного стекла восемнадцатого столетия и поняла, что не сможет без нее жить. И Джефри купил ее. Ему же понравились два белых кресла, которые, как он выразился, прекрасно смотрелись бы у него в вестибюле. И Бретт купила их и оплатила доставку их в Нью-Йорк. На окраине города они съели свиные отбивные с картофельными котлетами и запили сидром. Джефри уговорил владельца продать им две бутылки домой. Хозяин ресторанчика, решив, что они влюбленные, отдал им все, что они попросили.

Они вернулись домой к Бретт. Она разогрела сидр и принесла его в гостиную в высоких оловянных кружках, а Джефри разжег огонь в камине. Они устроились рядом на диване.

— Ты всегда знаешь, что надо делать, Джефри. Откуда тебе все известно обо мне? — спросила она.

— Потому, что я забочусь о тебе, дорогая. И не более того. Я слишком долго ждал, чтобы сказать тебе это. Я люблю тебя, Бретт, и хочу связать свою жизнь с твоей в заботах о тебе.

Это были те слова, которые она хотела услышать. Она мечтала услышать их от Лоренса, затем от Дэвида. Но сейчас они пришли от Джефри, человека, который был постоянно рядом с ней, тихо дожидаясь своей очереди.

«Он должен был это сделать, — подумала Бретт. — Он потратил годы на то, чтобы мы с ним оказались вместе. Я смогла бы научиться его любить. Я знаю — смогла бы».

— Джефри, ты говоришь…

Он потянулся и взял ее за плечи.

— Я говорю, я бы хотел жениться на тебе, Бретт. Ты хочешь стать моей женой?

Бретт не надо было долго себя уговаривать. Джефри хотел ее. Не как Лоренс, который хотел не только ее. Не как Дэвид, который сам не знал, чего хотел. И более того, Бретт хотела быть желанной. В глубине души она страстно хотела, чтобы все узнали, что ее любят. Ее отец бросил ее до ее рождения. Барбара отказалась от нее без борьбы. Лоренс своим притворством надсмеялся над ее любовью, а Дэвид оставил ее, ничего толком не объяснив.

— Да, я согласна выйти за тебя замуж, Джефри.

Они помолчали, не глядя друг на друга. Джефри не мог поверить в то, что она так быстро согласилась. А Бретт, которая была совершенно к этому не подготовлена, удивлена тому, с какой легкостью приняла его предложение.

— Давай все сделаем по закону, — предложил он. — Я знаком с одним судьей, и, если ты не хочешь венчаться в церкви, он сможет поженить нас в адвокатской конторе. Ты все еще собираешься в Париж на следующей неделе, да? Мы бы могли превратить твою поездку в свадебное путешествие.

Совет моды награждал Мартину Галлет званием модельера года, и Бретт обещала присутствовать на этой церемонии.

— Но я поеду только на уик-энд. У меня уже назначены съемки на вторник, для журнала «Конкорд», — сказала Бретт.

— Это не имеет значения. Мы проведем наш первый уик-энд как муж и жена в городе, где мы впервые встретились.

— Как прекрасно и романтично это звучит, Джефри. Ты уверен, что тебе не будет скучно на присуждении?

— С тобой — никогда. — Джефри потянулся и нежно поцеловал ее в губы. — Потом все зачтется.

— Ты не хочешь остаться на ночь? — спросила Бретт.

Они с Джефри никогда прежде не касались этой темы, но сейчас, когда они решили пожениться, казалось естественным провести ночь вместе.

— Да, конечно, — ответил Джефри, — но я лучше подожду. Хочется оставить привилегии первой ночи на время, когда ты будешь по праву принадлежать мне и станешь миссис Андервуд.

Еще раз поцеловавшись, они расстались в приподнятом настроении, которое Бретт приняла с такой готовностью.

На углу Семнадцатой и Парк-авеню Джефри остановился у телефонной будки и набрал номер Терезы:

— Мы собираемся пожениться, и поэтому я больше не нуждаюсь в слежке и информации о ней. Однако держи ухо востро и сообщай о важных моментах, которые я могу не знать.

Не успел он поднять руку, как подкатила машина. «Это действительно моя ночь. Сегодня все в моих руках», — подумал он и сообщил адрес водителю.

Приехав домой, он сделал еще один звонок.

— Она согласилась, сэр. На следующей неделе мы поженимся.