Я тихо вошла и, приблизившись, поняла, что это был Кайленд. Глупый Кайленд. Я не могла ошибиться в том, что эта широкая спина и карамельно-коричневые волосы, завивающиеся на шее, принадлежали ему. Похоже, он возвращал книгу на полку. Я прочистила горло, и он обернулся, книга все еще была в его руках. Мой взгляд метнулся от его удивленного лица к названию книги, которую он держал: «Ткач из Рейвлоу».

Я прислонилась бедром к одной из полок, и скрестила руки на груди, чувствуя, как удовлетворение, от того, что я застукала его, разливается по моему телу. Ну, и ну.

Кайленд прищурился и откинулся на полку позади него, прикусив нижнюю губу. Мы стояли и смотрели друг на друга несколько минуту, находясь в каком-то странном противостоянии, несмотря на то, что я была единственной, кто имел право злиться.

— Маленькую девочку. Вот что он нашел в ту зимнюю ночь. Брошенную в снегу, — сказал он.

Я медленно кивнула, мой взгляд скользнул по его лицу и волосам, он был так небрежно красив. Наши глаза встретились.

— Она придала смысл его жизни. Благодаря ей он чувствовал себя живым, как никогда раньше.

Он продолжал смотреть на меня.

— Но он потерял все золото, которое заработал после того, как превратился в изгоя.

Я пожала плечами.

— Да, и это не имело значения. Ему стало все равно, как только он нашел Эппи. Она оказалась его величайшей удачей. В итоге она дала смысл его одинокой жизни.

Что-то изменилось в глазах Кайленда. Он медленно развернулся и вернул книгу на свое место. Должно быть, он прочел её за неделю, после того, как я вернула её в библиотеку. Затем он снова повернулся ко мне.

— Ты собираешься прочесть еще одну? — спросила я.

Он покачал головой.

— Нет, — ответ был четким и уверенным.

Я подошла к нему, чтобы поставить на полку книгу, которую закончила: «Самые голубые глаза», Тони Моррисона. Я наклонилась ближе к Кайленду, возвращая книгу на место. Он не двинулся, чтобы избежать моей близости.

Я прочистила горло.

— Ну, если ты намереваешься доказать мне, что я не права, посчитав тебя неграмотным деревенщиной, ты…

— Тенли.

Мои глаза устремились к нему, когда я услышала его хрипловатый голос. Я замолчала.

В выражении его лица было что-то твердое и решительное. Воздух был густым от напряжения. Мы оба стояли молча, Кайленд сжав челюсть. Он подошел ко мне еще ближе, и мое сердце дико застучало, а дыхание стало прерывистым. Дорогой Боже, он был прекрасен, и я почувствовала запах его кожи, чистый и мускусный. Я хотела открыть рот и вдыхать воздух вокруг нас, чтобы почувствовать его на своем языке. У меня в животе все перевернулось, и мои глаза затрепетали на долю секунды. Он все еще смотрел на меня, и казалось, заметил язык моего тела, от чего выглядел… сердитым? Нет, он был напряженным. Я выпрямилась и подняла подбородок. Я не понимала, что происходит, но не собиралась уступать, что бы между нами ни было.

Кайленд подошел ещё ближе, пока его лицо не оказалось прямо над моим. Я посмотрела на него, кровь яростно застучала по венам.

— Я собираюсь уехать отсюда, Тенли. Ничто не остановит меня. Не ты, ничто, никто. Ты меня слышишь? — его голос звучал напряженно, а глаза казались пылающими и сердитыми.

Я тяжело дышала, пытаясь успокоить, свое бешено колотящееся сердце. Я не хотела, чтобы он оставался здесь. Не хотела, чтобы он чувствовал себя обязанным мне по какой-либо причине. Я просто хотела, чтобы он поцеловал меня. Прямо в эту же секунду. Я перевела взгляд к его губам и выпустила воздух, который задерживала. Кайленд застонал и наклонился ко мне, его губы были в миллиметре от моих, когда он произнес:

— Я уеду и оставляю это место позади. Все об этом месте. Даже тебя.

Это было логично, я никто для него.

— Хорошо, — выдохнула я.

Он остановился на один краткий миг, глаза загорелись, а затем его губы обрушились на мои. Он взял мое лицо в свои руки, его пальцы зарылись в мои волосы, а язык ворвался мне в рот. Все мое тело как будто вспыхнуло, когда я обняла его за шею и прижалась к твердой груди, растворяясь в нем. Он застонал, и наклонил мою голову в сторону, пока его язык глубже погружался в мой рот. Я стонала в ответ, мой язык танцевал с его языком, играл, дегустировал. Оторвавшись от его рта, я вдохнула воздух, а он стал покусывать и целовать мою шею.

— Да, Боже, Кайленд, не останавливайся, — умоляла я.

И, если бы он уложил меня на пол, прямо там, и захотел заняться со мной любовью, я бы позволила. Я была очень близка к тому, чтобы попросить его об этом. Кровь неистово бурлила между моими ногами, пульсируя от потребности. Моя грудь чувствовалась тяжелой и ноющей.

Его губы вернулись к моим, он погрузил свой язык в мой рот, как будто голодал без меня. И мне это понравилось. Я хотела, чтобы поцелуй продолжался и продолжался. Я не хотела, чтобы он когда-нибудь закончился.