— Я знаю, как отсюда сбежать, — командир шептал противнику на ухо. — Могу помочь.

Углядев еле заметный кивок соперника, Соболь для вида уложил противника на лопатки и быстро стал рассказывать план.

Балу тем временем пытался кинуть прогибом второго борца, но, увидев знак командира, отпустил соперника. Кавказцы отошли в свою часть ринга и, немного посовещавшись, еле заметно кивнули двум беженцам. Соболь коротко пояснил суть плана Балу.

Противники переглянулись и ринулись друг на друга, но вместо ожесточённого противоборства публику ожидал сюрприз — четверо громил рывком покинули ринг и напали на, не успевших опомниться сторожил. Отобрав оружие, все четверо принялись разгонять толпу, нейтрализуя тех пиратов, что смели огрызаться выстрелами. Почти вся публика сразу же покинули "трибуны". Трое громил во главе с Соболем побежали по узким улочкам к тому месту, где находились клети с пленниками.

Немного поплутав между землянками, они наконец подошли к "тюремному кварталу" и напали на троих надзирателей, которые озирались по сторонам с оружием наизготовку.

— Ну-ка, мордой в пол!!!

***

Сидя в клетке, бродяга прислушивался к воплям толпы на ринге, которой, видимо располагался в паре улочек отсюда. Пару минут толпа ликовала, затем гомон стих, а через мгновение послышались возмущённые крики и выстрелы. Надсмотрщики тут же повставали со своих мест, похватав оружие и стали озираться по сторонам, ожидая нападения.

— Ну-ка, мордой в пол!!! — голос командира заставил встрепенуться.

Трое охранников замешкались, чем воспользовались двое громил, пришедших вместе с Соболем. Они смели двух молодчиков, но бородач в кожаной безрукавке успел уйти с линии атаки. Он тут же выстрелил из "мушкетона" в сторону командира, но тот успел пригнуться. Перезарядить свой картечный пистолет кавказец не успел — Балу сразил охранника апперкотом, после чего, взяв ключи, стал открывать клетки.

Освободив напарников, Балу ринулся за Соболем, который уже направлялся к причалу. По пути они встретили Бонапарта и раненого Угря. Перевозчик поздоровался со своим однополчанином — капитаном "Волнореза", но когда над головой просвистел арбалетный болт, они решили отложить разговоры и припустили в сторону причала.

Дознаватели были весьма рады, когда заметили свои вещи в катере и, тут же похватав оружие, они стали отстреливаться от пиратов, недовольных сбежавшими пленниками. Отвязав канаты, перевозчик стал выводить катер из бухты, за ним "Маргаритой" из бухты стал выходить "Волнорез", пассажирами которого стали двое кавказцев, которые помогли пленникам сбежать, и ещё несколько пленников, ещё два катера были угнаны остальными пленниками. Пираты огрызались выстрелами из ружей и арбалетов. Изредка картечь и пули высекали искры, попадая по корпусу, а вот арбалетные болты недолетали до лодок.

— Вот чёрт!!!

Яр выглянул вперёд. Всего пара метров отделяли "Маргариту" от заградительной сети. Бонапарт сквозь рёв мотора кричал "Волнорезу" двигаться к лебёдкам, держащим сеть.

— Так, пассажиры, ломайте лебёдку, если жить хотите, остальные прикрывайте! — Харон явно был на взводе.

Яр и Балу выбрались из лодки, оказавшись почти по пояс в холодной воде. Добравшись до берега, Яр дал короткую очередь в сторону приближающихся пиратов. Балу подбежал к лебёдке и стал лупить по блокиратору куском арматуры. После нескольких тяжёлых ударов ржавый блокиратор был сломан, а часть сетки стала опускаться под воду. Под прикрытием Яра Балу добрался до лодки и забрался на посудину, после чего прикрыл Яра.

В отличие от пассажиров "Маргариты" у "Волнореза" возникли проблемы с лебёдкой. К счастью часть сети опустилась достаточно, чтобы выплыть из бухты. Пленники покинули территорию пиратов, а "Маргарита" продолжала прикрывать "Волнорез", пока он тоже не миновал заградительную сеть, а затем и Бонапарт вывел свою лодку из бухты.

Лишившись транспорта, пираты не стали преследовать сбежавших пленников, а, когда лодки пленников отплыли довольно большое расстояние, послышались крики со стороны лагеря пиратов. Дикие вопли ужаса доносились сквозь завывания ветра и рокот движков четырёх катеров.

— Даже знать не хочу, что там происходит. — бродяга сел на скамью и принялся жадно поглощать содержимое фляги.

— Мы им заградку навернули, — в голосе перевозчика звучало сожаление. — Скорее всего к ним живоглоты пролезли.

— Святые барбариски, там ведь и дети были. — бродяга вдруг осознал, что обрёк на неминуемую и страшную смерть десятки людей.

— Скорее всего их уже нет. — мрачно произнёс Бонапарт, прислушиваясь к наступившей тишине.

Кроме грохота движка, в воздухе был слышен только плеск волн, ударяющихся о корпус лодки.

— Покойтесь с миром. — перевозчик перекрестился и снова завёл двигатель "Маргариты".

Гибель лагеря, пусть и вражеского, коснулась каждого участника отряда. Балу, Филин, Кот. Они сидели опустив головы. Соболь, если и переживал о погибших, то виду не показал. Раненный Угорь перебинтовывал своё предплечье, отчего по выражению его лица нельзя было определить его эмоции. Осматривая экипаж, Яр стал внимательно осматривать Кота, сидевшего на скамье, опустив голову. Что-то странное было в его позе. Яр подошёл к напарнику и тронул его за плечо.