И вот, этот день наступил. Пресс-конференция проходила в Институте Флоры и Фауны в том же просторном зале, что и в прошлый раз. Только на этот раз экспедиция собрала гораздо больше материалов, свидетельствующих об уникальности этой планеты.

Сначала была показана карта планеты с её рельефом и географическими зонами, затем профессор показал места, где располагались наши станции, и что удалось обнаружить. Он демонстрировал видеозаписи и фотоснимки пойманных животных из тропического пояса, а затем использовал видео- и фотоматериалы из нашей экспедиции в саванне. В заключение он сделал такой вывод:

– Нет никакого сомнения, что животный и пернатый мир планеты отличается удивительным многообразием. Однако уникальность заключается в том, что нами обнаружены совершенно разные, изолированные друг от друга миры. Эти миры на протяжении долгого времени развивались самостоятельно, разделённые широкой полосой безводной пустыни. В тропиках мы столкнулись с представителями древних рептилий, вымерших в других зонах, в частности саванне, где были обнаружены совершенно иные животные и птицы. Эта планета должна быть сохранена в её первозданном виде и ей необходимо присвоить статус заповедника.

В ответ раздались аплодисменты и затем начались вопросы. В общей сложности конференция продлилась около 4 часов без перерыва.

Востур немедленно связался со мной.

– Кор, приезжай скорее, - и назвал адрес.

Я вызвал такси и через полчаса был на месте. Это было приземистое здание, располагающееся в деловой части города, однако в отличие от развивающихся миров, испытывающих нехватку денег, ресурсов, земли, на Вастомире всего было вдоволь, и не было нужды строить высоченные небоскрёбы. Вместо них, в деловом районе стояли невысокие здания самой эпотажной архитектуры, которую только может придумать человеческий разум при наличии неограниченных возможностей, - самые передовые технологии строительства, материалы и средства. Особняк был выстроен в английском колониальном стиле конца 18 века (ничего нового не придумано, всё идёт по кругу) и располагался среди пышной зелени разнообразных деревьев и кустарников. Проехав по тенистой аллее, такси остановилось возле крыльца, на котором висела вывеска: «Деловой дом Карнса. Вход только для членов Ассоциации».

Я поднялся по ступеням и нажал кнопку звонка. Дверь автоматически открылась, и я вошёл внутрь. Вестибюль представлял собой смешение всевозможных стилей, но главное подчёркивалось: хозяин заведения богат и богат настолько, что может позволить себе некоторую скромность убранства. Однако, чтобы показать свою состоятельность, на стенах висело несколько картин самых известных художников, стоящие баснословных денег. Пока никого не было, я подошёл к одной из них. Называлась она «Девочка и полдень». На ней была изображена девочка – подросток, стоящая посреди залитой солнцем лужайки, видимо сада и её лицо застыло в радостном изумлении. И центром картины являлось это лицо и её глаза. Мне потом сказали, что картина была куплена на аукционе за два миллиона люн! Едва я успел восхититься картиной, как ко мне подошла приятная молодая женщина и спросила, тот ли я человек, кого здесь ждут. Я представился, и меня провели в гостиную.

В гостиной я увидел двух незнакомых мужчин и своего друга, сидящих вокруг столика изумительной работы. Поверхность столешницы была обработана таким образом, что подчёркивала фактуру материала, из которого она была изготовлена. Без сомнения это был камень, прохладный и гладкий на ощупь. Помимо рисунка, в нём были необычные вкрапления, которые придавали ему неповторимый оттенок. На столе стояли фарфоровые чашки такой тонкой работы, что казалось, они светятся изнутри. Когда мне подали такую же, я увидел, что внутри она имеет кремово-розовый оттенок, тогда как снаружи голубой.

Востур представил меня своим собеседникам. Первый был слегка полный мужчина с седеющей бородкой и внимательным взглядом, владелец особняка, господин Карнс. Он подал мне две руки и положил их на мои предплечья в знак расположения. Вторым был худощавый брюнет, лет тридцати, с подвижной мимикой и карими, немного навыкате глазами.

– Знакомься, Кор, это господин Торнк.

Затем мы сели и Востур ввёл меня в курс разговора. А он касался освоения Галапоксы.

– Мы считаем, что Совет внесёт планету в разряд миров, не подлежащих колонизации и разработке месторождений. Кроме, разумеется, туризма, - продолжил брюнет.

– Поэтому мы встретились, чтобы обсудить детали нашего сотрудничества. Я и господин Карнс заинтересованы в долговременном сотрудничестве с вами, первыми исследователями планеты, теми, кто хорошо представляет специфику местных условий. Мы готовы инвестировать в этот проект серьёзные деньги и построить там сеть отелей высшей категории. Как вы относитесь к такому предложению?

Я уже предвидел, зачем меня вызвал друг и поэтому нисколько не удивился вопросу. Рано или поздно предложение подобного рода должно было поступить и не одно.

– Я рад, что вы откликнулись на нашу заветную мечту создать там заповедник, чтобы только туристы могли отдыхать и наслаждаться красотами этого мира. Мы согласны сотрудничать с вами, бизнес-элитой Кастора, потому что уверены, что вы как никто будете заинтересованы в успехе дела. Со своей стороны я обещаю, что мы приложим все старания и умения, чтобы успех всего дела был закреплён и упрочен. Мы с моим другом будем жить там и управлять отелями.

– Отлично, мы рады слышать от вас такие слова. Теперь мы хотели бы услышать от вас, как вы намерены начать и где в первую очередь построить первый отель? Вы ведь хорошо исследовали местные условия?