В тот день мы подстрелили травоядное животное с головой, напоминающей лошадь*. Не в силах унести добычу в лагерь, мы освежевали её на месте, вытащив внутренности, отсекли голову и голени, оставив только тушу, затем привязали к длинной палке и понесли, поочерёдно меняясь. Настроение поднялось, когда сварили большие куски мяса и наелись вдоволь. Исчезла напряжённость и плохое настроение, и мы стали непринуждённо беседовать, как раньше.

Гон, прежде молчаливый, рассказал о себе и своей жизни. Он одиннадцать лет работает охранником в исследовательских экспедициях, и ему было, что рассказать.

– Однажды, - начал он, - меня послали в экспедицию на далёкую планету, обнаруженную совсем недавно. С нами были несколько учёных и пятеро охранников. Прилетели. Оказалось, что там немного другая атмосфера, чем та, к которой мы привыкли. Есть азот, кислород, углекислый газ и ещё примесь некоего газа, от которого постоянно кружилась голова. Ты идёшь, а тебя пошатывает и порой земля уходит из-под ног. Поэтому мы брали с собой баллоны с кислородной смесью и время от времени прикладывались, чтобы подышать, пока не привыкли. Постепенно газ перестал действовать на нас и уже голова, если кружилась, то совсем немного. Но там было хорошо. Тоже богатая флора и фауна, но иного рода. Мы пробыли там три месяца, собрали богатую коллекцию образцов и покинули её. Потом я женился на ассистентке одного учёного из нашей экспедиции. Сейчас она там, на Вастомире, а я здесь.

Он замолчал и вздохнул. Стемнело и пора было ложиться. Каждый в эту минуту думал о своём, смотря на языки пламени, лижущие ветки и бросающие искры в ночное небо.

– А у меня осталась мать. Там, откуда я родом. К счастью наверное, я не успел жениться, - сказал Востур.

Разговор не клеился. Затемя сказал:

– Я хотел бы, чтобы эта ночь была последней. Чтобы проснуться завтра утром, сесть в челнок и оказаться на корабле. Это было бы волшебно! Ты веришь в чудо, Востур?

– Я? Нет.

– А ты, Гон?

Тот пожал плечами.

– А я верю. Ну ладно, разбудите, когда сменить нужно будет.

Я встал и направился к нашей пещерке, а Гон с Востуром остались у костра. Я шёл, а звезды шептали: «Верь, верь в своё счастье!». Завернувшись в шкуру, я закрыл глаза и тут же уснул.

* * *

Проснулся от того, что кто-то дёргал меня за ногу. Я никак не хотел просыпаться, так как видел чудесный сон, обрывки которого бесследно таяли по мере пробуждения. Голос моего друга был весел:

– Кор, просыпайся, твой черёд дежурить, вставай, лежебока! Давай, давай, вылазь! Дай другим поспать!

– Ну, Востур, ты разбудил меня в самый неподходящий момент, я видел такой сон!

– Какой-такой сон, ты выйди и взгляни, какая сегодня светлая и прекрасная звёздная ночь! Всем ночам ночь, поверь мне, на это стоит посмотреть!

Он был возбуждён и не пытался скрыть этого. Я зевнул и полез на карачках к выходу. Едва просунул голову и плечи наружу, как две крепкие руки подхватили моё тело под мышки и поставили на ноги. Я зажмурился от яркого света. Весь наш лагерь была освещен, словно на съёмочной площадке! Ничего не понимая посмотрел направо – Гон, налево – Востур. Оба улыбались. Я поднял голову и увидел зависший в десяти метрах над лагерем спасательный звездолёт, на брюхе которого был нарисован символ Кастора – круг, а в нём ломаная линия.

У меня перехватило дыхание и я уставился на друзей, широко открыв глаза от изумления! Они смеялись и стали обнимать меня. Позднее я узнал, что корабль с Вастомиры задержался по техническим причинам ровно на 8 дней, и ещё неделя ушла на наши поиски. Нас нашли по нашему костру, благодаря чувствительной поисковой аппаратуре на борту судна. В ту же ночь нас доставили на орбиту, где находился звездолёт. Все остальные члены экспедиции были уже на борту. Разбившийся челнок был найден в первый день поисков по сигналу аварийного маяка. Нашли и записку и по ней поняли, в каком направлении нужно вести поиски. Не буду рассказывать о встрече с друзьями, с Кулой, вы понимаете, как они переживали за нас! Всю дорогу назад я не выходил из каюты, - Кула меня не отпускала, или я её, кто его знает! На этом заканчиваю свой рассказ про экспедицию, впереди нас ждала цивилизация, где правят миром разум, технологии и конечно же деньги, куда же без них!

Сноски и примечания:

К главе I части III .

Аварийный запас продуктов: Ими снабжался каждый исследовательский корабль на случай аварийной посадки.

К главе III , Части III : Провидение: (промысел Божий, или промысл Божий, греч. , лат. Providentia) — целесообразное действие Высшего Существа, направленное к наибольшему благу творения вообще, человека и человечества в особенности.)

Носорогоподобное животное: В эоцене появляются предки носорогов - большие безрогие животные они были невелики (до 2,5 м в длину).Примерно половина эоценовых непарнокопытных относятся к семейству бронтотериев, это были коренастые и толстокожие носорогоподобные существа, весом от 2 кг. до 1 т. Мелкие бронтотерии больше напоминали кабанчиков, чем носорогов. Также в эоцене появились тапиры. Самые большие эоценовые тапиры (до 300 кг) относятся к современному роду тапир, который возник как раз тогда и с тех пор практически не изменился. Более мелкие эоценовые тапиры, например, 15-килограммовый гептодон, быстро вымерли.

Тапир: Тапир представляет собой травоядное животное, относящееся к отряду непарнокопытных. Все тапиры объединяются в один род, в котором насчитывается 4 вида. Животное это очень древнее и живёт на Земле около 60 миллионов лет. Раньше оно было широко распространено по всей планете, в наши же дни обитает лишь в Южной Америке и юго-восточных районах Азии. При этом численность популяций очень низкая и находится под угрозой вымирания. – Прим. автора