возникли дела, или он снова зависает в клубе, но только не присутствует здесь, в моем доме.

Когда я спускаюсь по лестнице, то вижу Данте Манчини – он в черном костюме, с черным

галстуком, на ногах черные лакированные ботинки. Черные волосы прилизаны и наверняка

на них просто тонна геля. Мне его видок кажется весьма мрачным, однако сам парень

лучится улыбкой, когда видит меня. На мне сегодня простенькое коктейльное платье белого

цвета с едва заметным цветочным узором.

– Александра, - сияет Данте, протягивая мне руку, как настоящий джентльмен, и мне

приходится принять ее, так как приличия просто не позволяют отказаться. – Рад тебя видеть.

Ты выглядишь великолепно.

– Благодарю, - отвечаю я. Данте аккуратно целует мое запястье, не отводя взгляда. Это

заставляет меня захотеть отдернуть руку и немедленно вымыть с мылом - слой подхалимства

явно слишком толстый. Я криво улыбаюсь.

– Кстати, это платье тебе очень идет, - замечает он, скользя по мне липким взглядом.

Меня передергивает.
– Так давно не встречались, что я и забыл насколько ты красивая.

Сверкаешь, как самый настоящий бриллиант.

12

9

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

– Ты мне льстишь, - натянуто улыбаясь, бормочу я. Мои глаза лихорадочно разыскивают

Ремелин. Где она, черт возьми? В гостиной ее не видно. В голове мелькает мысль – сколько я

смогу слушать разглагольствования этого прилизанного прыща?

– О, нет, - взволнованно отзывается Данте, в то время как его рука неожиданно

оказывается на моей талии, - Не приписывай мне качеств, которыми я не обладаю. Может, я

не самый лучший кавалер для такой великолепной девушки, как ты, но обещаю, этот вечер

оставит наилучшие впечатления.

Я вздыхаю и незаметно закатываю глаза, думая о том, что впереди еще несколько часов, которые нужно будет провести в этой «компании». Мне становится дурно от такой мысли.

Данте обходит меня с левой стороны с приторной улыбкой на слащавом лице, и уже

другая его рука проскальзывает на мою спину. Я игриво выскальзываю из кольца рук, будто

так и надо, однако меня уже начинает потряхивать от такого откровенно навязчивого

внимания.

– Александра, - наигранно горячо говорит парень, сжимая мою ладонь, - Только скажи, чего ты хочешь. Как насчет танца? Я уверен, ты будешь в восторге от моего умения вести

партнера в вальсе. Я брал уроки у самого Эдгара Фурнье, он преподавал в балетном театре

пару лет назад. Великолепный танцор. Лучший. Помню, он говорил, что я чувствую ритм

танца, почти как он, и...

Я медленно закрываю глаза в попытке отгородиться от его болтовни. Если честно,

единственным желанием сейчас для меня является выпивка. Я не смогу сидеть за столом, если Данте продолжит болтать о том, какой из него балерун. Вижу, как к нам неспешно

шествует официант с подносом, полным бокалов с мартини. Аперитив перед ужином, он

несет его взрослым членам нашей компании. Нужно скорее его выпить, пока мама не видит.

Возможно, тогда я смогу игнорировать Манчини с б ольшим энтузиазмом.

Вздыхаю и вновь открываю глаза, едва-едва вслушиваясь в речь Данте. Он продолжает

нахваливать себя:

– Отец говорит, что я талантлив во многих сферах, будь то политика или искусство. Еще

он хочет продвинуть меня в совет Акрополя, представляешь? Уму непостижимо. Это такой

шанс! Что ты думаешь об этом? – он не дожидается моего ответа и, переведя дыхание, снова

продолжает, - Считаю своим долгом продолжить его дело, знаешь ли. Плюс, вопрос об

Инсолитусах все еще остается открытым...

Я выплываю из транса и впиваюсь взглядом в парня, который продолжает болтать будто

бы сам с собой. Мое внимание привлекает одно единственное слово.

– Инсолитусах? – тупо переспрашиваю я. Данте прокашливается в кулак, и неумело

уводит тему в другое русло, но я вижу, как он мнется. Нервничает. Конечно же – он сболтнул

лишнего.

– Так что насчет танца, Александра?
– голос парня меняется, становится глубоким и

флиртующим. Это выглядит весьма многообещающим. Как и сам Данте. Он красив, ухожен, неплохо сложен. Весь его вид просто кричит о том, как же сильно он хочет угодить мне. Он