– Ага, а помнишь, как он с топором из катера выскочил?

– А-а-а! Вот это была хохма!
– рассмеялся брат. Смех в ночи прозвучал так громко, что кроны деревьев вздрогнув, закачались, перешептываясь между собой.

Да, случай получился действительно очень смешной. Когда наши путешественники подымались верх по Волге, им часто попадалась сорвавшаяся с браконьерских крючков красная рыба. Стерлядь, севрюга, осетр, белуга. Папа в таких случаях всегда проверял жабры и если они были красного цвета, то такую рыбу можно было смело есть. В этот раз им повезло, они наткнулись на здоровенного осетра, который неподвижно лежал, качаясь на волнах. Костеря на чем свет стоит браконьеров-извергов, папа выловил рыбину из воды и, проверив жабры, забросил его в катер. Пристав к острову, глава семейства стал топором разделывать добычу, а остальные отправились купаться и загорать. Мама с Настей, накупавшись, стали не спеша прогуливаться по островку. Вдруг к берегу причаливает моторная лодка и выходит из нее красивый молодой человек. Выходит и знает, что он неотразим, а тут две русалки прогуливаются и одни. Надо сказать, что мама была очень стройна и походила скорей на старшую сестру. Так вот ступил на берег этот красавчик, и явно флиртуя, спрашивает: « Девушки, а вы не подскажите, где тут такая- то речка протекает? » Ну, конечно же, наши девушки и слыхом не слышали, о какой- то там речке. Позвали на помощь папу, он то наверняка должен знать! Тот, возясь в катере с несчастным осетром, выскакивает, как черт из табакерки. Загорелый, небритый, в порванной красной майке (и кто знает, цвет у нее такой или она вся в крови). И в закатанных по колено трениках. Причем одна штанина ниже, а другая выше. « Что? Какая речка? » - спрашивает он, дико вращая синими глазищами и скаля белые зубы. И то и другое очень сильно выделялось на его загорелом лице. В руках же сжимает топор и руки у него буквально по локоть в рыбьей крови. И ноги, кстати, тоже, но уже по колено. « Какая речка, я не расслышал? » - громогласно вопрошает он и, помахивая топориком, направляется в сторону Насти, мамы и молодого человека. Молодой человек, резко побледнев, начинает пятиться, как рак и бормоча, что- то вроде: « Нет, нет, мне ничего не надо. Не трогайте меня, я уже все сам вспомнил » - прыгает в свою лодку. « Я не понял, кто тут про речку спрашивал? » - продолжает настаивать отец, искренне удивляясь поведению незнакомца. « Спасибо, извините, я тороплюсь » - трясущимися руками незнакомец заводит свою моторку и резко стартует с места. Все трое недоуменно смотрят ему в след. « Ну и что ему надо было? Что он смылся- то? » - разводит руками папа и, подтянув треники, расстроенно шлепает обратно к катеру. Мама с Настей, прокрутив ситуацию в голове еще раз, начинают дико смеяться. « Да действительно, что он смылся? » - рухнув на песок, еле проговорила мама. « И что вы ржете, как кобылицы? » - обернулся к ним глава семейства. Тут подбежал Роман, которого нелегкая носила по всему острову и, желая тоже посмеяться, стал допытывать причину этого веселья. Отдышавшись, мама с Настей в красках рассказали мужчинам, что и, как и почему, после чего смеялись уже все четверо.

Так повспоминав и погрустив по родителям, уснули наши герои только под утро. Солнце давно уже встало и разогрело остывшую за ночь землю. Ветер шумел, качая верхушки деревьев. Весело пели птицы. Только сладко спала наша троица, свернувшись клубочком и прижавшись, друг к дружке. Проснувшись уже далеко за полдень и позавтракав, брат с сестрой грустно уставились на бумеранг и так сидели некоторое время в полном молчании.

– Я, к примеру, настроен очень позитивно, - решил подбодрить сестру Ромка.

– Да?
– та, не очень- то приободренная, взяла на руки Боцмана и, поцеловав его в нос, прижала к себе.
– Боцман, ты нас не бросай!
– прошептала она ему на ушко. Кот, вздохнув, уткнулся хозяйке в шею и замурлыкал.

– Ну, развели нежности!
– проворчал Роман.
– Хватит уже, а то я расплачусь. Давай, Настьк, становись рядом! А ты Боцман, пожелай нам удачи, - и, подмигнув подошедшей сестре, Роман закинул бумеранг.

Перенесшиеся герои, снова очутились на берегу Днепра.

– Это что такое?
– вытаращил глаза Роман.- Что опять?

– А это работа над ошибками!
– и Настя отвесила брату дружеский подзатыльник.
– Думай, Роман, думай!

– Ладно! Что сразу драться- то? Ждем, - вздохнув, улегся Роман в уже знакомые кусты.

Вот, как и в прошлый раз, на реке показалась лодка. Роман, нахмурившись и подперев подбородок кулаками, следил за лодкой, как за вражеским лазутчиком.

– Ну, давайте, разговаривайте уже! Я весь во внимании, черти!
– недовольно пробурчал он.

– Чего чертыхаешься- то?
– развеселилась Настя, наблюдая за братом.

– А чего они? Не оттуда оказались.

– Откуда не оттуда? Что ты несешь?

– Тихо! Звук пошел! Не мешай!
– шикнул брат.

Прислушиваясь к разговору, Роман по-пластунски передвигался за лодкой. Настя, посмеиваясь, ползла следом.

– Хорош уже ржать! Чего тебя растащило-то?
– обернувшись, погрозил ей кулаком Ромка.
– Ты мне мешаешь!

– Ладно, молчу.

– Ага, вот и молчи!

Лодка, тем временем, скрылась за поворотом. Роман, как герой спецназа знаками показал сестре, что они продолжают тихо и незаметно преследовать объект. Прикрываясь сорванными ветками и прикидываясь кустом, он, пригибаясь, побежал по берегу реки. Умирая от смеха, Настя последовала примеру брата, чувствуя себя абсолютной дурой. Миновав излучину, брат резко затормозил, и Настя с размаху влепилась ему в спину. Тот никак не среагировав на столкновение, стоял столбом и куда- то пялился.

– Ты чего?
– растерянно прошептала сестра.

– Я понял, что это за произведение, - ответил Ромка, показывая рукой на кладбище, которое находилось на берегу реки. Ветхие кресты теснили друг друга, сбиваясь в кучку. Ни травинки, ни былинки не росло на нем. Так и веяло от него пустотой и невыносимым одиночеством. И еще вечным холодом, да таким, что брат с сестрой невольно поежились, вдруг замерзнув в такой теплый летний вечер.

– Ну, говори тогда!
– у Насти от страха и холода стали клацать зубы.

– Не-е-е-т! Я глянуть хочу, как это будет выглядеть!

– Да ты такой же ненормальный, как Кот из сказки! Зачем тебе на это смотреть?

– Так интересно же! Тебе разве не интересно?
– Роман удивленно посмотрел на сестру.

– Ага, жуть как интересно, что боюсь как бы я от перепуга того...

– Чего того? Вон кустики, сходи заранее, - прыснул брат.

– Уже не успею сходить... Ромка!
– взвизгнула Настя, увидев, как на одной из могил стал шататься крест.

– Ого! Началось! Ложись!
– и брат смело нырнул в траву. Настя, плюхнувшись рядом и зная, что увидит дальше, тем не менее, не могла отвести глаз от качающегося креста.