Шрифт:
– Что поделать, работа у него такая, - усмехнулась Настя.
– Видишь, устал бедный головы- то рубить.
– Нет, я сразу понял, что кот у нас необычный, - Роман вскочил на ноги и стал ходить взад вперед.
– Знаю я, сядь не мельтеши.
– Сказку вспомни, где Хозяин своего Кота по глазам узнал, - остановился напротив сестры брат и вперил в нее вопрошающий взгляд.
– Я думала уже об этом. И про старуху в трюме и про наших продавцов, кстати, которые нам книги и журнал с бумерангом продали.
– Да, да, точно! Ты думаешь, что продавцы это тоже?
– указал пальцем на кота Ромка.
– Мне так кажется, - пожала плечами Настя.
– А я уже в этом уверен! И вот еще что я заметил! Пока происходит так, что про места, где мы с тобой оказываемся, ты мне недавно читала. Я прав, как ты думаешь?
– Я надеюсь на это. Тогда у нас есть шанс, вернутся обратно, - всхлипнула та.
– Нет, только не раскисай, - приобняв за плечи сестру он продолжил.
– Знаешь что? Завтра у нас выходной! Мы не будем кидать бумеранг! А позагораем, искупаемся и выспимся, как следует. Как тебе моя идея?
– Я согласна, - улыбнулась Настя.
– Вот и хорошо! А теперь давай дров насобираем, сейчас уже темно станет, - и, подойдя к костру, радостно завопил.
– Тем более ужин у нас опять есть! Ну, Боцман! Ну, котяра колдовская!
Боцман, услышав свое имя, открыл один глаз, оглядел им своих живых и невредимых хозяев и, перевернувшись на другой бок, снова уснул.
Работа над ошибками
Весь следующий день наши герои только и делали, что отсыпались, купались, ели и загорали.
Ближе к вечеру Роман уселся исправлять бумеранг, а Настя, обнявшись с Боцманом, слушала украинские песни, доносившиеся с берега реки и чуть слышно подпевала.
– Еще немного и ты все песни выучишь, - усмехнулся брат, глядя на сестру.
– Будет с чем на школьном концерте выступить.
– Ну, да!
– вдруг вскочив и уперев руки в бока, Настя запела.
– Приди милый, приди милый, до мене, до мене!
Все розкажу, все покажу, что в хозяйстви в мене!
Все розкажу, все покажу, что в хозяйстви в мене!
Склонив голову на бок, Боцман в удивлении таращился на свою хозяйку, а Роман, упав на землю с зажатым в руке бумерангом, зашелся в приступе смеха.
– Ой, не могу!
– вытирая слезы, произнес брат.
– Ручаюсь, если ты выступишь с этой песней в школе, то твой тормознутый Краснов будет у твоих ног!
– И ничего он не тормознутый!
– возмущенно фыркнула сестра.
– Тормознутый, тормознутый! Если до сих пор не понял, что нравится тебе.
– Ну, он просто немножко...
– Ага, немножко не в себе и тормознутый!
– Да ну тебя!
– нахмурилась Настя, обдумывая обидеться ей на брата или нет. Но взглянув на его лукавую физиономию, махнула рукой и громко расхохоталась.
– Ты прав он действительно малость того.
– Вот именно, а еще и отличник! Наверняка зануда редкостный.
– Ладно, все, все! Он мне больше не нравиться. Успокойся. Давай спать ложиться?
– Давай, - подбросив в костер дров, брат с сестрой улеглись спать.
– Ты спишь?
– через какое- то время раздался Ромкин голос.
– Нет, на звезды смотрю. А ты чего не спишь?
– Неохота. Был бы здесь папа, он бы мигом придумал что делать. Скажи?
– Скажу, папа такой, он из любой ситуации выход найдет.
– Да-а-а. А помнишь, как нас чуть двумя сухогрузами не раздавило. Или баржами?
– Да, по-моему, это одно и то же. Помню, как не помнить.
Случилось это, когда наши путешественники первый раз шли по водохранилищу. Зайдя в симпатичный затон, решили остановиться они на ночлег. Но как выяснилось, это место показалось симпатичным не только им, а еще капитанам двух сухогрузов, которые присоседились к « Туристу », с трудом вместив свои огромные баржи в затон. Был день рыбака, который так любят справлять на Волге - матушке. Так вот Настю посреди ночи, как черт толкнул, а скорей всего это был Боцман, который все возился и вертелся, и никак не мог уснуть. « Ну, что тебе неймется- то? В туалет, что ли хочешь? Ну, пошли и я тебе компанию составлю » - пробурчала хозяйка и, взяв кота на руки, осторожно вышла на палубу. Вышла и вместо берега увидела темную стену, которая медленно надвигалась на катер. Быстро юркнув обратно, Настя стала тормошить спящего отца: « Папа, пап, там что- то на нас движется! » Папа, как всегда дремлющий в пол глаза, быстро вскочил и вылетел на палубу. « Ах вы, черти пустоголовые! Перепились, как собаки! » - завопил он, увидев подступающую к ним баржу. Экипаж сухогруза во главе с капитаном, видимо очень хорошо справили любимый день рыбака и забыли встать на кормовой якорь. Так это еще было полбеды. Вторая баржа, которая стояла на выходе из залива, тоже надвигалась на «Турист» своей необъятной тушей, но уже с другой стороны. Тут уж папа, не особо церемонясь в выражениях, стал выкрикивать спящим экипажам сухогрузов такое, что все сапожники мира, услышав его, прослезились бы. И дружно переделали известное выражение: « Ругается, как сапожник» на « Ругается, как капитан »
« Вот сволочи! Ты гляди, что натворили! И те и другие по второму якорю не поставили, вот у них жопы - то и снесло! » - негодуя и взывая к всевышнему, удалось- таки проскочить бравому капитану « Туриста » в маленький просвет и вырваться на просторы водохранилища. И долго все семейство говорило спасибо Насте и Боцману, которым приспичило сойти на берег в туалет. А то раздавило бы их, как яичную скорлупу, только хруст был бы посильнее.
– Да, жаль, что папы с нами нет, - еще раз печально вздохнул Роман.