– Отец?!
– хотелось верить Полине: напарница не обманет её ожиданий.

– Ещё сомневаешься, - сдала чуть назад Нора, уступая место для посадки авиаку.

Напротив неё в кабине пилота застыл напарник. Вторым номером у него оказался мутант. Третьим, как выяснилось немногим позже...

– Каналин, каналья!
– готова была убить его Нора сейчас, ну или хотя бы выцарапать ему глаза.

– Он требуется нам живым!
– предупредил Юрий.
– Его ещё придётся не раз допросить!

– Тогда позволь мне хотя бы ударить его!

– Нет, Нора! Я не для того вытащил его с того света, - указал он ей на свёрнутую шею.

– Твоя работа, любимый?
– порадовалась Нора предоставленному её взору зрелищу.

– Ну да, дорогая, - повинился Юрий.
– Хотел как лучше, а получилось как всегда - хуже некуда. Надеюсь, реликт с вами, и колонисты?

– Ещё сомневаешься, любимый?
– фейерила напарница от счастья.

– В тебе, дорогая, нет, - поблагодарил её Юрий за то, что она вернулась за ним дважды. И взглянул на дочь.
– Нам нужно срочно покинуть Цереру. Корабль для полёта уже выбрала?

– Нет, но никаких проблем, любимый, - заверила напарница.

– Договорились, дорогая.

Юрий пригласил в кабину авиака пилотом дочь.

– Нет, па, я останусь с Норой, извини.

– А можно мне составить вам компанию?
– попросился Алексей в напарники к Гагарину.

Он ещё ни разу в жизни не управлял авиаком, а тут такой шанс - и выпал впервые.

– Стрелять знаешь как?

– Ага.

– А умеешь?

– Без проблем.

– Тогда залазь в кабину, и полетели!

Окончание фразы касалось всех без исключения подопечных землянина, в том числе и двух обожаемым им женщин, одна из которых являлась его напарницей, другая же и вовсе дочерью. За них обеих, он убьёт любого, кто встанет на их пути. Что испытал на собственной шкуре Каналин, и пока что остался в живых. Но второго шанса не будет. Впрочем, и у мутанта, если не вернёт гиббонам человеческий облик.

Их также рассчитывал вернуть к нормальной жизни Гагарин. Поэтому и выбрал для дальнейшего полёта в космосе «Призрак», на борту которого до сих пор находились инфицированные колонисты, представляя собой немалую угрозу для космического сообщества.

Глава 14. НЕЛЮДЬ

Глава 14. НЕЛЮДЬ

Глава 14

НЕЛЮДЬ

Взрывная волна докатилась и до ангара, покинутого ранее, как колонистами, так и пиратами, мельком заглянувшими сюда, но, ни те, ни другие не озаботились судьбой Стикса. Носил данное прозвище головорез с «Призрака» неслучайно. В космосе, да и в мире, как таковом, всё закономерно. Кто верил в случайности - долго не жил. Вот позабытый и позаброшенный пират почувствовал, как холод сменился жаром.

Очередной прокатившейся волной взрывов в эпицентре ЧП достало и ангар в удалении. Один из массивных осколков, пробив навылет свод, угодил сверху на камеру со Стиксом. Потеряв инерционную скорость, он заставил колпак пойти трещинами. В них и устремился горячий воздух от раскалённого металла, дымившегося и шипящего вокруг. А тут ещё со свистом наружу начал вырываться пар из саркофага, и вскоре уже пират смог открыть глаза. Не сам, он услышал зов, обращённый к нему извне. Будь иначе, его глаза не превратились бы в вертикальные щелочки, а зрачки и вовсе стали ярко-оранжевыми с продольными полосками, как у хищника, но багряного окраса.

Обнаружив на пути преграду, не позволившую Стиксу встать в полный рост, он проверил её на прочность ладонями.

Растрескавшийся купол содрогнулся, и только. Повторное прикосновение, не похожий на себя прежнего, пират произвёл кулаками.

Однако и данное действие с его стороны не позволило ему оказаться на свободе. Из заточения он вырвался, когда согнул ноги в коленях, и выпрыгнул при их распрямлении вместе со слетевшим куполом с саркофага.

Не обращая внимания на обломки, посыпавшиеся вокруг него, он размашистым скачком переместился в сторону от ледяной камеры, на которую миг спустя с грохотом обрушилась, оторвавшаяся от свода массивная плита, скрипевшая до недавнего времени под ударами, накатывающих взрывных волн с осколками.

Обернувшись на шумы за спиной, Стикс дольше не стал задерживаться в ангаре. Здесь, кроме смерти, его ничего не ждало. Поэтому выскочил наружу в одну из пробоин, и, быстро сориентировавшись, подался на зов извне, отбивавшийся у него в голове нечеловеческим ором.