– Но ты же сам говоришь, люди ему верили!

– Артём, наверное, ты ни вот на столько, - Иван поднял вверх правую руку и кому-то показал кончик пожелтевшего ногтя на мизинце, - не представляешь насколько уныла и однообразна жизнь вогулов! А тут такое представление: дым от каких-то куч непонятно чего, ритмичные удары в бубен, утробное мычание Ягды, его пляски, куча всяких амулетов, и всякое другое. Каждый из нас готов с благоговением воспринимать каждый жест, каждое слово шамана! Но только не я... Я-то и сам знал, что со мной, и видел прекрасно, что он мне ничем не поможет. Я просто тогда не знал, что мне с этим делать, от того и метался. Сейчас я успокоился, возможно я просто привык.

– Ну то есть шаманом ты становиться не собираешься?
– уныло задал вопрос Артём вогулу. В его наметившуюся стройную теорию происходящего как-то совсем не встраивались взгляды человека, который по всем признакам должен сыграть огромнейшую роль жизни его предков, да и самого Артёма.

– Не знаю я... Возможно я передумаю. Я теперь благодаря тебе понял, что могу много полезного сделать людям. Но люди меня не поймут, если я буду что-то делать такое, что выходит за рамки их понимания. Только шаманы могут это делать. Наверное, ты прав, мне надо стать шаманом, а иначе меня рано или поздно закидают камнями. Только шаману такое дозволено. Вообще-то у меня даже знак шаманский есть, даже два. Вот!

И вогул достал откуда-то из закоулков своей хламиды два маленьких металлических предмета. Он положил их на плохо отструганную доску стола, и Артём, подключившись к зрению вогула, увидел, как два тускло мерцавших металлических сердечка немного пошевелившись друг относительно друга, вдруг встали как вкопанные, уткнувшись по направлению друг к другу острыми кончиками. Если бы Артём был бы в материальном теле, у него подкосились бы ноги от удивления. Это были именно те сердечки, про которые писал дед Игорь, и одно из которых он ему отдал перед смертью. Знак шамана!!! Всё сложилось один к одному. В мыслях Артёма началась неописуемая круговерть, каждый ответ, который он получил сейчас на когда-то задаваемый вопрос, порождал ещё ворох вопросов, и это как снежный ком накатывало на Артёма удивительными догадками. А меж тем вогул продолжал бормотать:

– Я не знаю, уж что нашло на Ягды, но он мне тихонько всучил эти два амулета, когда закончил представление по избавлению меня от злых духов, или как-то ещё он это обзывал. Пока мои родственники отвлеклись, собирая вещички в путь-дорогу, он сгрёб меня, желторотого мальчонка, своими граблеобразными ручищами в тёмный угол, прижал к стенке и, дыша перегаром мне прямо в лицо, шёпотом прошелестел: "Слышь ты, дитя вогулов! Тебе отдаю вот это, однако. Будешь носить при себе... Поймёшь потом, однако. Надо это тебе. Мне не надо уже, вот, однако!" Сунул мне их в ручонку, да и отскочил как ни в чём не бывало. Никто и не заметил. Но с тех пор эти два амулета всегда при мне. Более того, через некоторое время я вдруг понял, что они имеют какое-то необыкновенное воздействие на меня. Стиснув их до боли в ладонях, я легко погружаюсь в транс, и восприятие тонкого мира становится намного отчётливее.

– Откуда они у Ягды взялись?
– немного совладав с удивлением и трепетом, спросил Артём.

– Не знаю я. Ягды мне ничего не объяснял. Думаю, у него были какие-то способности, но он всё пропил. Только и смог, что во мне что-то заметил, и по наитию какому-то даже в пьяном угаре сообразил, что мне эти вещи нужнее.

– Это знак шамана?

– Думаю да. А что? Что-то не так?

– Всё нормально, - окончательно придя в себя, мысленно успокоил и себя и вогула Артём, - продолжай пользоваться до поры до времени.

– Хм... Ну ладно. Только, знаешь, я уже могу и без них в транс входить. Ты во мне что-то настроил так, что я силу чувствую огромную.

– Ну вот и славненько, - Артём решил отложить до поры до времени вопрос с амулетами, надо было ему самому ещё понять, какую роль играют эти две вещицы сейчас, в текущий момент его жизни.

– Артём!
– после непродолжительного молчания позвал вогул, расслаблено ковыряясь деревянной щепкой в зубах.

– А?

– А расскажи мне что-нибудь про себя.

– В смысле? Что рассказать?

– Ну ты до сих пор мне не рассказал, кто ты, откуда, чем занимаешься.

– Ты и не спрашивал.

– Я стеснялся.

– Чушь какая!

– Ну расскажи!

– Что конкретно тебя интересует?

– Всё!

– А теперь не стесняешься?

– Очень интересно просто, - хихикнул Иван.

– Набил брюхо, теперь развлекай тебя?!
– ехидно пробурчал голос в голове вогула, - Ладно, задавай вопросы. Так легче будет. Неохота мне прям всё тебе рассказывать.

– Что ты делаешь по жизни?

– Я - преподаватель.

– Как это?

– Ну учу людей.

– Чему?

Тут Артём запнулся. Надо было как-то на образах объяснить вогулу предмет своей профессии, так как лесной отшельник скорее всего имел смутное представление об экономической теории.

– Науке о различных способах ведения домашнего хозяйства, предпринимательству и о том, как государство вмешивается в торговлю и производство товаров.

– У-у-у, - восхитился вогул, - ты шибко умный, да?