целенаправленно. Нам нужно быстрее добираться до портов.

Затем он с некоторым удивлением посмотрел на Рэя:

– Как же так, напарник, я думал, ты им не поддаешься?

– Не знаю, как так вышло, Стас. Просто смотрел на огонь и все, - он нервно дернул

плечами.

– Ну, ладно! Главное, что смог очнуться и спугнуть урода. Жалко только, что не

пристрелил. Давай-ка Рэй, соберемся и почапали дальше.

Собрав вещи и залив костер по-пионерски, напарники продолжили путь. Чтобы не

сбиться с дороги держались остатков отбойника. Луч фонаря выхватывал проржавевшие

насквозь столбики-основы. Деревья казались огромными черными колонами, а лианы с

кронами папоротников и пальм – щупальцами и туловищем мрака. Внезапно Стас резко

остановился и задрал голову. Рэй чуть не налетел на его широкую спину.

– Смотри! – он посветил фонариком в небо.

Рэй посмотрел в затянутое тучами темное небо. Значит, будет дождь. Что там еще

интересного?

– Видишь? – Стас повернулся к нему.

– Нет, - признался Благовещенский.

– Смотри внимательно. На облаках отсвет! Ну!

Рэй присмотрелся. Действительно, небо на юге было менее темным и… какбудто

переливалось.

– Все, вижу. Что за фигня, Стас? Северное сияние?

– Все может быть. Хотя при северном сиянии иная люминесценция. Да и широта не та.

Ладно, поживем увидим. Пошли.

Они успели сделать несколько шагов, как раздался чмокающий звук. Стас замер и тут

же крикнул:

– Не дыши!

– Что там? – спросил было Рэй, и тут же его вывернуло остатками непереваренной

тушенки.

– Давай за мной! – выдохнул напарник и, что было сил, припустил вперед.

Рэй покачиваясь, словно пьяный, вытирая выступившие слезы, помчался следом.

Через минуту они остановились у молодого папоротника и оба повалились на землю. Стас

выбился из сил, а у Рэя все еще сводило спазмами живот.

– Это еще что такое было? – сплевывая и морщась прохрипел Рэй.

– Дерьмо…, - пожилой спутник все не мог восстановить дыхание. Затем

отдышавшись, продолжил:

– Один раз только наблюдал такую жестокую хрень. С виду камень камнем, а

наступишь, так кердык – выделяет какой-то аналог нервнопаралитического газа. Радиус

действия около тридцати метров.

– Оно живое? – Рэй не верил своим ушам.

– Нет, это по сути экскременты.

– Говно что ли? Кого еще?!

109

– Жабы. Огромной такой, размером, наверное, с бегемота. Не нашей, - опередил он

вопрос Рэя. Четырехглазая она была и точно не разумная. Похожая на наших жаб почти один в

один, только вот здоровенная и глаз поболее.

– И зачем она так делает? – все это не укладывалось у парня в голове.

– Ну, наложит кучу и ждет в засаде, пока кто нить не наступит и его не парализует.

Медлительная она, только обездвиженных жрет.

– А как ты спасся тогда, в первый раз?

– Ну меня не полностью парализовало. Руку с автоматом я смог поднять.

– Ясно, - его передернуло. Не хватало еще быть съеденным инопланетной жабой!

– Слушай, давай заночуем здесь. Все равно до рассвета недолго, хотя бы по часу

покемарим. Как думаешь? – у Стаса явно больше не было сил идти дальше. Только прямо он

не хотел говорить.

– Хорошо, давай, - махнул рукой Рэй. И тут же быстро добавил. – Чур, я первый!

***

Он шел по длинному темному туннелю. Мелькнула мысль, что это коридоры

«Центра». Но нет, стены были из непонятного материала и чуть светились зеленоватым

светом. Идти было легко и приятно, пол немного амортизировал. Куда ведет этот коридор?

Где он? Ясно было одно, нужно идти. Впереди забрезжил выход. Ярко освещенное пятно

начало увеличиваться в размерах. Возник звук. Неопределенный, неясный, и с каждой

секундой он становился все громче и отчетливее. Это были голоса людей. Хор. Своеобразное

тантрическое пение, бесконечный повтор одной фразы, одного слова. Рэй узнал его. «Глам,

глам, глам!» отражалось от стен. Ускорив шаг, затем перейдя на бег, он ворвался в ярко

освещенную комнату без углов. И замер. На полу помещения расположилась кучка высохших