Но самое главное – кто они.

Каждый человек внутри должен быть идентифицирован как террорист, до этого огонь открывать нельзя.

Идентифицирован по нашим источникам – они самые надежные.

Человек стоит у окна, застегивая рубашку. Он делает это снизу вверх, чего я терпеть не могу.

Это один из шести убийц, которые должны здесь находиться.

Франсуаз посылает ему пулю в сердце, и еще одну – в правое плечо.

Это необходимо для того, чтобы уравновесить силу удара. Иначе он вылетит в окно, выбивая стекла, и приземлится на асфальте где-нибудь на улице.

А мы ведь не хотим, чтобы он свалился кому-нибудь на голову.

Он успевает повернуться и увидеть холодные глаза девушки.

Пуля попадает ему в плечо уже после того, как Франсуаз его убила.

Он проворачивается на месте, точно танцор, и падает, гак и не застегнув рубашки.

Я стою за дверью, и стена закрывает мне комнату справа и слева. Но я слышу шаги человека и скрип деревянного стула.

Один поднимается на ноги, другой устремляется к двери.

Он растерян – иначе не стал бы перемещаться по прямой, а залег бы, достал пистолет и прицелился.

Франсуаз входит в комнату, разводя руки. Пуля с легким свистом входит в голову человека на стуле. Он кряхтит и опрокидывается вместе со стулом.

Пистолет падает на пол – мужчина даже не успел сжать его в руке.

Почти одновременно Франсуаз нажимает на второй спусковой крючок.

Я захожу следом за ней и вижу, как третий убийца хватается за горло, из которого двумя струйками вырывается кровь. Он пытается что-то сказать, разевая рот. Франсуаз всаживает в него пулю.

Он прислоняется к стене и обмякает.

Франсуаз наблюдает за ним, пока он не затихает.

Трое мужчин лежат в гостиничном номере, их тела пробиты пулями, а они даже не успели позвать на помощь.

Две двери – одна направо, другая налево.

Одна в ванную, другая в спальню.

Еще предстоит выковырять из стен пули.

Я указываю Франсуаз на дверь в ванную, сам приближаюсь к двери в спальню.

Пружины скрипят, кто-то смеется.

Франсуаз выходит из ванной. У нее слегка разочарованный вид – она никого не нашла.

– Захлопни пасть, шлюха, – слышу я из спальни. – Эй, братва, чего замолкли?

Франсуаз пересекает комнату менее чем за две секунды. Теперь предстоит войти и разрядить ситуацию до того, как преступники забеспокоятся и схватятся за оружие.

– Там девушка, может быть, не одна, – шепчу я.

– Девушка? Шлюхи не бывают девушками, – презрительно отвечает моя партнерша.

Она выносит дверь ударом ноги, я вхожу.

Мужчина сидит на постели, обнимая за плечи голую девицу. Та хлопает искусственными ресницами и хочет о чем-то спросить.

Еще одна девица лежит на кровати.

Второй мужчина стоит и тянется к пистолету.

Я пробиваю ему левый глаз, но его по-прежнему нельзя ни с кем спутать – это он был правой рукой лидера терро­ристов.

Девица, сидящая на кровати, кричит.

Это не страшно – проститутки здесь часто кричат. Иногда потому, что их трахают, иногда потому, что бьют, часто – из-за действия наркотиков.

Но уж не потому, что счастливы.

Я направляю дуло пистолета на человека, который сидит рядом с ней.

– Руки на одеяло, приятель, – предлагаю я. Он повинуется, его зубы стучат.

Девица, лежащая на кровати, мелко дрожит. Мне хорошо видно, что она тянется под подушку.

Я позволяю ей вынуть пистолет и только тогда всаживаю пулю в подбородок.

Она тоже есть в моем досье – она шестая.

Другая девица – местная шлюшка.

Человек на кровати тихо подвывает.

– Одевайся, – говорю я. – Станешь теперь заниматься политикой в тюрьме.

Человек, который сидел сейчас перед нами за низким, грубо отесанным столом, звался Овном, по знаку Зодиака, или Креп­ким. Он никогда не выпускал из правой руки револьвера, а из головы – мыслей о свободе, которую он хотел принести в Республику Эатею.

На то, скольким свирфнеблингам суждено погибнуть в результате переворота, о совершении которого мечтал Овен, и сколько уцелевших навсегда сгинут в устроенных им концентрационных лагерях, – ему было плевать.

Овен предпочитал мутить воду на Золотом побережье, промышляя мелкими террористическими актами. Он пытался расширить сферу своего влияния, но не преуспел в этом.