– Есть, – сказал Тайлер сквозь зубы.

– Но она осталась в Лондоне? Как мне тебя жаль, волчок, как жаль. Тебя она отсюда не услышит, сколько ни призывай.

Тайлер промолчал и начал натягивать куртку, а потом закинул на спину рюкзак.

– Где бы мы ни были, мы не можем здесь сидеть все время, – наконец произнес он. – Надо идти.

– Куда? – усмехнулась Роуз.

– К озеру, – кивнул Тайлер. – Если здесь и остались какие-нибудь поселения, то у воды. А поскольку мы сейчас с тобой всего лишь люди, нам надо искать людей.

– Как я посмотрю, ты не хочешь поскорее выбраться с Пустоши, – поддела Роуз, но с земли поднялась и тоже надела куртку.

– А ты знаешь, как? – поднял бровь Тайлер. – Ну, тогда расскажи мне, я весь внимание. Просто жажду услышать любой рассказ, будь он даже древним преданием, где правды – на фальшивый пенни.

Ведьма промолчала.

Тайлер пошарил в рюкзаке и надел солнечные очки. Солнце всходило быстро, и день обещал стать очень жарким. От лучезарного, торжествующего света негде было укрыться на этой гладкой, заросшей невысокой травой равнине, но свет этот выглядел зловеще, словно был той же тьмой, только белой.

***

Пустошь не водила их, как водил раньше Светлый лес, не искажала расстояний, и в небе бесновалось, слава богам, одно-единственное солнце, только вот Тайлеру казалось, что каждый шаг наливает его ноги свинцом.

Пустошь лишала сил. Она превратила его в выродка, каким он никогда не думал стать, даже не боялся – потому что не мог представить. Да, были средства, которые могли лишить оборотня его силы: не только магия Светлого Леса, не только колдовство Луга или Мерлина, но рябина или, отчасти, серебро. Мифы не всегда говорили неправду. Но таким беззащитным Тайлер чувствовал себя впервые.

Самую палящую часть дня они пережидали под единственным низким и разлапистым деревом, невесть откуда взявшимся посреди пустоши. Воды не было, их обоих сильно мучила жажда, в горло точно песка насыпали, небо и губы остекленели, даже лица покрылись слоем рыжей пыли, но умыться тоже было не из чего – ни ручья им не встретилось, ни канавы.

И тут, в тени, Тайлер заметил кое-что.

– Роуз, – сказал он. – Ты изменилась…

Ведьма с подозрением посмотрела на него и нахмурилась.

– Как?..

Тайлер повел плечами, даже ему стало неловко.

– Ты стареешь, – после какой-то совсем уж деревянной паузы вымолвил он.

И, уловив ужас в глазах девушки, которая теперь выглядела лет на пять старше, чем утром, он понял, что дело совсем плохо. Вероятно, Пустошь действительно высасывала все силы. И совершенно очевидно, что долго здесь не жили. Возможно, срок жизни был даже меньше среднего человеческого срока, а, по меркам вервольфов, люди жили невообразимо мало…

Хотя кто захочет длинной жизни, если она такая? Напротив, стоило порадоваться милосердию Пустоши. Она не заставляла страдать долго.

Тайлер облизал пересохшие губы и снова поднялся. Роуз протестующе застонала, и он протянул ей руку.

– Пойдем, – сказал он. – Нам надо добраться до воды, иначе скоро мы просто умрем от жажды.

К озеру они добрались только к вечеру, уже на закате, который здесь казался зеленым, но зато это было реальное озеро, с прозрачной водой, такой прозрачной, что отчетливо виднелось дно, камни на нем – и можно было увидеть разноцветных рыбешек, снующих туда-сюда совсем близко к поверхности.

Пили из железных кружек, добытых из рюкзака Тайлера, а потом он наполнил несколько пустых бутылок, оставшихся от лондонских запасов воды.

– Песик, нам надо развести костер, – начала Роуз, но Тайлер остановил ее движением руки.

– Видишь? – указал он на золотящиеся от заходящего солнца воды.

Роуз прищурилась и тут же нахмурилась – от центра озера к их берегу двигалось темное пятно, в котором вскоре удалось распознать утлую лодчонку с какой-то серой фигурой внутри. Фигура медленно гребла длинным багром, и тут Тайлер разглядел неподалеку от места их остановки несколько вбитых в берег деревянных кольев – очевидно, как раз для швартовки лодок. Какая-то жизнь здесь явно существовала, но вот какая? Фигура в лодке скорее пугала, чем обнадеживала.

– Это гвиллион, – прошептала Роуз за плечом Хилла и впилась пальцами в его куртку. – Так они выглядели, когда пугали путников в земном мире.

– По-моему, это просто старуха, – буркнул Тайлер, хотя уже понял – нет, не старуха.

Он слышал о гвиллионах и их зловредном нраве, и вряд ли они стали терпимее, когда лишились способности обращаться ночной тьмой и повелевать непогодой и навечно застряли в своей антропоморфной форме, довольно уродливой, если быть честным. Только вот гвиллионы обычно жили в горах, ну да нынешнее время сбило в Сиде всю прежнюю гармонию вещей.