Лодка приближалась неслышно и быстро, как призрак, и Тайлер вспомнил человеческие легенды о реке Стикс и Хароне-перевозчике – так видели Потусторонний мир древние греки. Может быть, им в свое время попадались духи, похожие на гвиллионов.

И все же он не ошибся – этот гвиллион в самом деле выглядел, как старая нищенка, в одежде цвета пепла и странной продолговатой шляпе, переброшенная сюда из земного средневековья.

Старуха ловко причалила к берегу, накинула веревку с кольцом, закрепленную на носу лодки, на пал – и вот уже стояла прямо перед ними. Стояла и молчала, только сверлила маленькими глазками исподлобья.

Тут вспомнил Тайлер и то, что раньше гвиллионы любили пугать и путать людей в горах – путник, увидевший такую вот старуху ночью или в туманный день, начинал блуждать, даже если хорошо знал дорогу. Иногда, прячась в тени у горной тропы, гвиллионы обрушивали на дорогу камни, устраивали завалы, да без зазрения совести могли идущему по тропе даже голову размозжить валуном.

Но Хиллу и Роуз бояться было, в общем-то, нечего – людьми они все равно не были, а дороги не знали. Да и старуха, пусть выглядела очень неприятно, гвиллионом в полном смысле этого слова уже не являлась, если верить рассказу Роуз.

– Мы приветствуем тебя, Перевозчик, – мелодично поздоровалась Роуз на общем языке сидов, изо всех сил стараясь возродить свое колдовское очарование.

– Что на той стороне? Волчья пустошь? Деревня? – спросил Тайлер, решив не тратить времени на любезности.

Он, если честно, совсем мало знал язык ши, да и в Стране чудес умудрялись понимать любые наречия. По крайней мере, раньше, когда этот мир еще не пошел трещинами.

Старуха молчала, уставившись на него слезящимися глазами, но Хилл принял это за утвердительный ответ.

– Перевези нас, – сказал он.

Старуха некоторое время молчала и не двигалась, затем медленно, словно камни в горе задвигались, ощерилась, показав черные зубы, а потом скрюченные пальцы ее так же медленно зашевелились, намекая на вознаграждение.

– Роуз, – проговорил Тайлер, не отводя глаз от старухи и на этот раз оскалившись в самой ослепительной улыбке, на какую был способен сейчас. – Надеюсь, ты хоть чем-то будешь полезна – на тебе есть какое-нибудь золото?

– А ты не можешь расплатиться своим прекрасным охотничьим ножом, например? – прошипела Роуз.

– Не только магия утекает на этой Пустоши, но и мозги, как я вижу, – тихо вскипел Тайлер, продолжая сверкать зубами недоверчиво прищурившемуся гвиллиону. – Нож нам еще понадобится, а вот твои серьги вряд ли, ты же все равно не можешь их ни во что превратить!

Роуз вспыхнула, тут же рваным злым жестом выдернула из ушей длинные золотые серьги с изумрудами, которые так шли к ее огненно-рыжим волосам и зеленым глазам, и сунула в раскрытую ладонь Тайлера.

Тайлер помахал рукой перед носом старухи.

– Высадимся на другой берег живыми и невредимыми – получишь вот это, – сообщил он.

Старуха что-то проклокотала, снова осклабилась, молча повернулась и, как оживший пень, заковыляла к лодке.

– А переговоры увенчались успехом, – резюмировал Тайлер и потащил упирающуюся ведьму за собой.

– Что ты собираешься делать? – шепотом спросила Роуз, когда они уселись в лодке и она понесла их по спокойным, тихим в этот час водам.

– Пока я побуду любознательным туристом, хочу посмотреть, что творится сейчас на Волчьей пустоши, – ответил Тайлер. – И если у тебя нет других идей, Роуз, помолчи немного.

Роуз надулась и отвернулась в другую сторону, обняв руками колени.

Старуха в полном молчании гребла, как заведенная, и лучи уже почти закатившегося солнца освещали ее, точно она была всего лишь вырезанной из дерева зловещей фигурой на носу своего крошечного корабля.

Другой берег они увидели уже в ярком лунном свете – луна взошла огромная и красная, нависшая над головами, как электрический шар. От озера шла дорога к холмам, а между холмами продолжалась пустошь, и на ней виднелась какая-то маленькая деревня – Тайлер разглядел, как из труб там и сам вьется дым, а кое-где светятся редкие огни окон.

Тайлер бросил серьги старухе не глядя, и они с Роуз ступили на потерянную для Страны чар землю.

***

Деревня выглядела наполовину заброшенной. Тут и там встречались явно покинутые дома, сломанные заборы, кое-где валялись предметы кухонной утвари, точно брошенные впопыхах, да так потом и не подобранные. Один дом был так изъеден огнем, что превратился в остов из черного угля, казалось, дунь – и рассыплется.

В тишине они добрались до небольшой площади с круглым каменным колодцем посредине. Тайлер прислушивался и принюхивался, как мог, но увы: человеческие органы чувств не давали и сотой доли того, что обычно давали ему привычные обоняние и слух. И в один момент он понял, что сильно недооценил жителей деревни – для того, чтобы ощутить, что в спину наставлено оружие со всех сторон, ему хватило и опыта полицейского детектива.