Я - "богиня", Прима, Первый Советник, дочь Главы одного Рода, сестра Главы другого Рода, и многое-многое другое... смущаюсь из-за этого, повышенного к моей персоне, внимания.

Найт берет меня за руку, и ободряюще кивает: "ты чего? я - здесь, я - с тобой, все - путем".

Мне удается нащупать причину моего внутреннего дискомфорта - все окружающие смотрят на меня не для того, чтобы запомнить мое лицо, и потом рассказывать о своих впечатлениях своим знакомым. Они смотрят на меня с неприкрытым любопытством, оценивая мою степень соответствия статусу Невесты Советника Найта.

Мы останавливаемся возле помоста, на котором выступают то ли скоморохи, то ли клоуны.

Я смотрю на их кривляние с ярко выраженным равнодушием...

начинаю беззвучно улыбаться их нехитрым трюкам...

тихо смеюсь над их глупыми незамысловатыми шутками...

Я... смеюсь...

Я... смеюсь?

Осознание этого факта заставляет мою руку прикрыть себе рот. Я ведь забыла то, как это делается. Мне же казалось, что я никогда не смогу сделать это снова.

Найт притягивает меня к себе за талию, убирает мою руку вниз, и "говорит":

"Мне нравится твой смех".

Он видит мою растерянность, и показывает головой в направлении лотков:

"Хочешь перекусить?"

После моего молчаливого согласия, Найт ведет меня к ближайшей торговке традиционными ярмарочными сладостями.

У этого лотка, я уже не сдерживаю свой смех, потешаясь над тем, как мой "жених" торгуется за, нанизанные на палочку и покрытые сахарным сиропом, райские яблочки. У него это получается до такой степени естественно, что я не сразу понимаю то, что он делает это специально, играя на публику, то есть, на меня. Когда "великие торги" закончились, мы с Найтом отходим в сторонку подальше от любопытных глаз. Он показывает, что будет сам держать палочку: "не хочу, чтобы ты испачкала свои руки". Я пожимаю плечами, и спокойно откусываю тающее у меня во рту лакомство. Боже, у Найта сейчас такой торжествующий взгляд. Проглатываю очередное яблочко, и спрашиваю:

– Тебе нравится?

Он утвердительно кивает, давясь от смеха. Я слегка обескуражено уточняю:

– Тебе нравится кормить меня с рук?

Он двигает губами, не убирая с них улыбку:

"Очень. Ты даже не представляешь себе, насколько мне это нравится".

Странный он, странная я, странные мы...

Найт вытирает свои пальцы, прежде чем взять меня за руку. Я интересуюсь нашим следующим пунктом назначения, и он говорит мне: "дети". Супер - мне, их матери, пока не до них, а моему "жениху" уже до них.

Я раздражаюсь от понимания этого сама на себя, но выплескиваю это раздражение на того, кто этого не заслуживает:

– Ты любишь возиться с детьми, или ты через них пытаешься завоевать мое расположение?

Он кивает два раза. Ага, значит, и первое, и второе... Честно...

Арина, прекрати, возьми себя в руки, и не порть никому настроение. ОК...

Я иду, глядя себе под ноги, и для того, чтобы скрыть свое лицо от заинтересованных взглядов, и для того, чтобы не наткнуться на какое-то препятствие. Чувствую, как направление нашего движения резко меняет свою траекторию:

– Найт, что? Куда?

Я не люблю непредвиденные перемены, и всегда интуитивно им сопротивляюсь. Из-за этого своего "не люблю", вырываю руку из ладони Найта, и жду объяснений... которые мне уже и не требуются.

Давненько я не видела такую разъяренную фурию.

– Здравствуй, Советник Найт.

Мой "жених" надевает холодную маску, под которой никто ничего не сможет прочитать, и кивает ей свое приветствие.

Эта, возмущенная непонятно чем, особа переводит свой гневный взгляд на меня:

– А вот и твоя Невеста.

Фи-и, как некрасиво... не нравится мне то, как она произносит слово "невеста". Даже мое крепкое ругательство звучало бы в моем исполнении мягче, чем ее "невеста".

Я поднимаюсь на цыпочки, притягивая лицо Найта к себе, и говорю ему одними губами так, чтобы никто, кроме него, не понял мой вопрос:

– Она для тебя что-то значит?

Он отвечает мне в той же манере, с ни капельки не изменившимся выражением лица:

– Нет.

Я возвращаюсь в "исходную позицию", и вежливо вступаю в диалог с невоздержанной гражданкой:

– С кем имею честь?

Она гордо расправляет свои плечи (а ведь хороша, чертовка! что ж, должна признать, что со вкусом у моего "жениха", до моих пор, все было в полном порядке), и представляется мне:

– Я - Глория. Я принадлежу дому своего отца, Первого Ремесленника.