— Господин Хмельн! — круглый аптекарь семенил следом. — Я что хотел сказать-то… Мне, конечно, удобно иметь такого стабильного клиента, как вы, но не могу не заметить, что вы заходите все чаще. Я так предполагаю, что вы увеличили предписанную дозу лекарства?

— Вы ошибетесь, — хмуро бросил Ян на ходу.

— Я… — аптекарь слегка смешался. — Возможно. Но все же я бы настоятельно не рекомендовал вам пить столько обезболивающего. Вам необходимо показаться врачу, я могу дать адрес очень хорошей клиники…

— Спасибо, — стеклянная дверь аптеки захлопнулась прежде, чем угрюмая благодарность скользнула в щель.

Неважно. Ян для аптекаря хороший клиент. Переживет.

Все усиливающийся ветер гонял по улице стайки опавшей листвы. Бурые и янтарные листья трепыхались и кружились, смахивая на рыбешек в водоворотах. Выстуженный воздух гладил щеки. Скоро заморозки… Ян зябко повел плечами. А дома первым делом включил плитку, поставленную возле недействующего камина. Отогревая ладони на ее ребристом металлическом боку, он всматривался в квадратный черный мраморный зев. Оттуда пахло золой и яичницей, которую жарили на кухне Пустецов.

Мог Змей пролезть через дымоход? Отодвинув обогреватель, Ян на всякий случай сунулся в камин. Через пару минут извлекся обратно, чувствуя себя дураком. Во-первых, каминное нутро не трогали лет десять, даже зола в щелях закаменела. Во-вторых, в трубу ничего крупнее кошки не протиснешь. А в-третьих… Ян вообразил Змеиного царя, с пыхтением пробирающегося по дымоходу. Невесело ухмыльнулся. Неубедительная картинка. Но ведь как-то он попал внутрь?

Задумавшись, Ян переместился к дальней части комнаты, окна которой выходили с тыла здания на крошечный лохматый садик на задворках. На двух яблонях колыхался от ветра забытый гамак. Возле куста смородины светлел вихрастый затылок младшего Пустеца.

— Инек! — Ян с треском распахнул раму.

Инек вопросительно обернулся, машинально отводя рукой ветки. В ладони у него была зажата испачканная землей лопатка.

— А когда змеи впадают в спячку?

Инек ничуть не удивился. Поразмыслил, машинально потирая щекой о плечо, и ответил с обстоятельностью:

— Это смотря какие, — (Очень большие и с царским титулом, — захотелось подсказать Яну). — Но вообще обычно змеи теряют активность в сентябре, а в октябре-ноябре впадают в сон. Когда по-настоящему холодно становится.

Ян кивнул, закрывая окно. Про зверей, птиц и всяческую растительность прирожденный натуралист Инек знал побольше, чем его школьная учительница биологии.

В шкафу рядом с окном выстроились разномастные книги. Они уже были здесь, когда Ян прибыл на новое местожительство. В их рядах попадались весьма ценные экземпляры — прежний владелец слыл библиофилом. Обнаружив тогда среди корешков «Песнь о Конраде Сумеречном», Ян обрадовался настолько, что на пару дней вообще выключился из реальности, валяясь на диване и запоем читая. Потом поостыл, откладывая подробное изучение книжного собрания до менее суетного момента. И даже добавил в коллекцию несколько новых экземпляров. Да только они так и ждут этого неосуществимого момента. До того заждались, что позвали для общения призрака…

Прошедшая ночь всплывала в памяти рваными кусками. Кажется, безликий стоял прямо здесь. Но выжженных следов на паркете не оставил. И что он хотел почитать?

Ян прикоснулся ладонью к шершавому тому «Хроники Белополя», по-хозяйски задвинул угол высунувшегося «Маятника эпох». Сразу за «Маятником», в момент Янова приезда, книжный ряд зиял дырой, занятой сейчас купленной по случаю «Летописью камней». Куда подевалась прежняя книга — неизвестно, но отчего-то «Летопись…» все еще выглядит здесь чужеродно. А вот, кстати, путеводитель по достопримечательностям Белополя… Ну и, конечно, вездесущие «Корни Башен».

Поколебавшись, Ян вытянул увесистую книгу. От нее явственно пахло полынью. Темноватые страницы хвалились видами башен с различных ракурсов, башнями в разрезе, башнями в схемах и вольных рисунках.

Чепуха! — Ян с досадой бросил книгу на диван. «Корни Башен» изучены вдоль и поперек, и никаких тайн уже не хранят.

Книга обиженно всплеснула страницами, раскрывшись на середине, где на полном развороте были рассыпаны черно-белые изображения предметов — кубки, статуэтки, оружие. Наклонив голову, Ян с любопытством прочел: «Коллекция изделий из Серебряной башни, датированная началом правления герцога Южного…». Среди черно-белых рисунков не сразу угадывалось зеркало, похожее на то, что висело в Яновой ванной. И кинжал, который вручил ему егерь. Впору сейф заказывать, — оторопело подумал Ян. — Для краденого из замка серебра и бесхозного золотого ожерелья.

Забытый еще вчера мобильник в очередной раз пискнул из-под подушки безнадежно, но стойко. Как брошенный командованием боец, он все равно исправно нес службу, храня в памяти пропущенные звонки. И Ян, наконец, переключился со времен древних на настоящий момент. Так… Эти пусть проваливают. С этими не хочется говорить… Ага!

— Привет!

— Ну, где ты пропадаешь? — мигом возмутилась невидимая Дина, и Ян буквально увидел, как она негодующе морщит нос. — Мало того, что утром не попрощался…