— Гургейя.

— Гургейя слушает… — последовала короткая пауза, — … командир.

— Пусть Фернандо включит у себя на датчике усилитель инфракрасного излучения, проверьте-ка здания.

Эви притормозила фургон за полквартала до комплекса и принялась ждать ответного сообщения. В видеокоме ей было слышно, как «мохнурки» во втором фургоне переговариваются между собой по-испански.

— Фернандо говорит, что в здании справа от стоянки им замечено тепловое пятно, — но тут Гергейю перебила крыса, снова что-то оживленно зачирикавшая по-испански.

— Это пожар, там у них что-то горит.

— Есть ли на стоянке машины?

И снова что-то на испанском.

— С полдесятка. Фургон и грузовик; моторы не выключены, — крыса смачно выругалась по-испански.

Гургейя продолжала:

— Фернандо засек, по меньшей мере, двоих псов-моро. Афганы вооружены японскими винтовками. С глушителями.

Эви стукнула кулаком по приборной доске. И снова «Ниоги» опередила их. Что же им теперь делать? Что они в силах предпринять?

— Гургейя?

— Слушаю.

— Тебе следует затаиться. Веди наблюдение за комплексом. Если они выйдут оттуда вместе с пришельцами — следуй за ними. Но ни в коем случае не стреляй в них, поняла? Обойдемся без ненужного героизма.

— Слушаюсь.

Эви оборвала связь.

— А что же мы? — спросил Хуарес.

— А мы пойдем внутрь, — Эви обернулась к своим пассажирам. — Кроме тебя, Прайс.

Эви перепоручила Прайсу контроль за коммуникатором, а сама повела Ногара и Хуареса к корпусам ВАБТИ.

По дороге Ногар шепнул:

— Ты ему доверяешь?

Не поворачивая головы, Эви ответила:

— Я не доверяю тебе.

Следовало отдать должное афганам «Ниоги» — благодаря им Эви и два ее спутника практически без труда преодолели контрольный заслон. Забор, окружающий комплекс, был отключен от сигнализации, главные ворота болтались на петлях. Охраны нигде не было видно. К сожалению, ворота эти вели прямиком на автостоянку и к парочке афганов-моро.

Эви, Хуарес и Ногар подобрались к воротам, сумев не попасть в поле зрения обоих псов, чье внимание было сосредоточено на исследовательском комплексе. Эви со своей командой нашла себе укрытие за незаконно припаркованным лимузином. Какой-то наглец поставил свою роскошную тачку едва ли не у самого входа ВАБТИ.

— Прайс, — шепнула Эви в портативный микрофон, — можно ли попасть внутрь через другую дверь, подальше от автостоянки?

— Разве только через разбитое окно, — прошелестел в наушнике голос Прайса.

— А как насчет крыши?

— Все равно придется взламывать.

Хуарес покачал головой.

— Нет времени, придется идти через главный вход, — прошептал он.

С этими словами одноухий заяц вытащил из ножен за спиной длиннющий нож, сделал несколько быстрых взмахов в сторону автостоянки и одним плавным движением вернул лезвие на место.

— Гургейя, — прошептала Эви в микрофон. — Фернандо видит только двух псов?

— Да, только двух.

«Интересно, — подумала Эви, — что это послышалось в микрофоне — помехи или негромкое рычание Гургейи?»

Эви досадовала, что не захватила с собой снайперской винтовки. Пока что лучшее оружие, которым они располагали — это видавший виды АК-47, что болтался у нее на плече. И хотя эта «пушка» незаменима, чтобы с толком прикрыть все входы и выходы, вместе с тем она тотчас же громогласно возвестит об их присутствии.

Эви посмотрела на коротышку Хуареса:

— Пошел.

Тот направился вперед, двигаясь с подветренной стороны от псов. Казалось, будто серый заяц слился с окружающей местностью. Несмотря на то, что «Калашников» был без глушителя, Эви оперлась стволом о капот лимузина и нацелилась на автостоянку. Она принялась ждать Хуареса, моля бога о том, чтобы ей больше не пришлось открывать огонь.

Пока ей были видны только двое афганов. Один стоял перед огромным трейлером, не сводя глаз с главного входа в самое крупное здание комплекса. Другой прохаживался перед задними дверцами фургона.

Стоит попробовать, прикинула про себя Эви, и уложить их обоих одной очередью.

— Как ты относишься к людям? — Эви не ожидала услышать в наушнике голос Ногара.

Она заставила себя сосредоточить все свое внимание на перекрестье прицела. Интересно, куда девался Хуарес?

— К чему ты клонишь?

— Проще всего было бы ненавидеть их.

— И что дальше?.. Хуарес, куда ты пропал?

— А ты сама?

— А что она?

— Я еще вернусь к этому вопросу.

— Сомневаюсь, что мне это непременно надо знать.