Среди фальшивых пальм мордой вниз лежал наемник-афган, которому кто-то разнес половину черепа. Несколько секунд спустя в вестибюле появился Хуарес, прижимая к груди еще один трофейный «Мицубиси».

Взглянув на одноухого зайца, Эви спросила:

— Откуда этот афган?

Хуарес махнул рукой в сторону лифтов, выстроившихся вдоль правой стены вестибюля.

— Он только что попал сюда. По-моему, решил проверить, почему два других пса прервали радиосвязь. А ты как думаешь?

— Ты считаешь, что он переговаривался с другими псами?

— Теперь не узнаешь. Думаю, вряд ли.

Вслед за Хуаресом в вестибюле появился Ногар:

— И куда теперь?

Эви подошла к стойке.

— Мы немного задержимся здесь. Вы двое держите на прицеле лифты.

Со стойки свешивались тела двух охранников. Эви перекатила мертвецов на пол, а сама спряталась за стойкой. Застигнутые врасплох, охранники так и не успели вытащить оружие.

— Прайс, — спросила Эви в микрофон, — где вы держали пришельцев?

— На третьем подземном этаже.

Эви обвела взглядом вмонтированные в стойку видеоэкраны. На них мелькали полосы помех. Эви пробежала пальцами по клавишам, переключая видеокамеры, пока не добилась нужной картинки, изображавшей афганов.

— Третий подземный этаж, — отозвалась камера, — пятый технический коридор.

На экране кипело настоящее сражение. Камера выхватывала в кадр длинный участок бетонного коридора, ведущий к стальной двери, похожей на вход в хранилище какого-нибудь банка. Перед дверью, словно в ловушку, были загнаны с десяток людей — охранников и научных сотрудников. Все они размахивали пистолетами. Несчастные пытались укрыться за ящиками и перевернутыми лабораторными тележками. Трое из них валялись на полу без каких-либо признаков жизни.

Защитников загнала в угол команда из шести или семи афганских боевиков. Псы сорвали с петель пожарную дверь, и, используя ее как опору, поливали горстку несчастных пулеметными очередями.

На глазах у Эви один из защитников, одетый в лабораторный халат, повалился спиной на дверь, забрызгивая стены фонтанами крови, бьющей из раны в груди.

— Прайс, я смотрю в камеру, нацеленную на пятый технический коридор, и вижу какую-то дверь, — очень похоже на воздушный шлюз.

— Это они, — раздался ответ в наушнике. — Фитцджеральд настаивал, чтобы для них было создано подобие естественной среды. Давление в 2,25 атмосферы.

— Я спрашиваю у тебя, Прайс, есть ли туда другой вход?

— А разве этот заблокирован?

— Заблокирован, представь себе, да еще как!

— Дай мне подумать.

— У меня нет времени.

— Ишем, — крикнул ей Ногар. — Один из лифтов пришел в движение!

— Если это афган, пристрелите его, — Эви перевела взгляд на конец вестибюля.

Ногар с Хуаресом прислонились к стене с обеих сторон работающего лифта. Тот двигался вверх откуда-то из глубины подвальных этажей.

— Прайс, — крикнула Эви.

— Я не помню расположение помещений. Дай мне подумать минутку.

Эви посмотрела вверх — лифт находится на втором подземном этаже. Затем она перевела взгляд на монитор и заметила, что погиб еще один из защитников, но вместе с ним и один боевик-афган. Эви принялась наугад переключать камеры, пытаясь обнаружить запасной ход вниз.

— Метановая горелка, — сказал по радио Прайс.

— Что?

— В центре помещения, где содержатся пришельцы, установлена массивная метановая горелка. Технические ходы ведут к ней с нижнего этажа.

— А как мне попасть туда?

— Точно такой же шлюз, который ты видишь, только этажом ниже.

Эви нажала на соответствующую кнопку, переключая камеру.

«Четвертый подземный этаж, технический коридор пять».

Технический коридор оказался близнецом коридора этажом выше, где сейчас творилось кровопролитие, однако в нем не было ни души — ни людей, ни моро. И если им рискнуть прорваться туда, прежде чем афганы пробьются к шлюзу через кучу мертвых тел…

Лифт тихонько звякнул.

Эви нырнула за стойку и взяла двери на мушку. Дверцы лифта нехотя распахнулись. Ногар с Хуаресом уже приготовились открыть огонь, но в следующее мгновение Эви разглядела, кто же там внутри лифта.

Это был вовсе не афганский наемник. Из кабины, словно ужаленный, выскочил Эрин Хофштадтер.

Хуарес с Ногаром явно не ожидали такого поворота событий, и немец-экономист беспрепятственно пролетел мимо них. Казалось, что он не заметил ни того, ни другого и устремился прямиком к выходу.

Эви взяла его на мушку и крикнула.