— Как же вы разбили их?
– Ниониэль побледнела, слушая о битве и представляя, что могло ожидать ее мужа, попади он в руки солдат Холоу.

— Тибальд дал команду отступать и его люди ушли, дали нам пленить темных, - ответил маг, взглянув на жену.
– Он не напал на Виктора, не помог темным. Почему?

— Я не понимаю, - Мадлена попыталась вспомнить принца Холоу, которого не раз видела при дворе.

— Я тоже, - кивнул Велиамор, вернувшись к книге.
– Я тоже.

Оставив Николь на попечение Мадлены, граф и король спустились в каминный зал. Оба хранили молчание, думая каждый о своем. Они поприветствовали Велиамора, выбиравшего себе книгу в высоком шкафу, и сели в кресла у камина. Ожидание длилось мучительно долго. Оба мужчины были мрачными и задумчивыми. Граф сменил свою форму на обычный эвервудский наряд, камзол и бриджи из парчи, и батистовую рубашку. Оставил только военные сапоги. Он поглядывал исподлобья на сидевшего рядом соперника, и глаза его темнели. Виктор ничего вокруг не замечал.

Через некоторое время к ним спустилась Мадлена.

— С Николь все хорошо, - сказала она, обращаясь к Виктору.
– Но ее состояние меня беспокоит. Постоянные переживания и недосыпания очень ее вымотали. Могли бы вы оставить ее в покое на некоторое время?

Последние слова были обращены к обоим мужчинам, сидящим перед ней.

— Из-за чего она упала в обморок?
– спросил граф у матери, хотя вопрос явно был адресован королю. Тот опустил взгляд.

— Она очень ослабла во время этого путешествия, - ответила Мадлена.
– Ей нужно немного покоя и постоянства. Думаю, Лингимир не будет против, если она погостит тут какое-то время?

— Конечно, я попрошу его, - заверил ее Виктор.

— Иди к ней, - попросил Кристиан, делая вид, что не замечает короля.
– Когда она очнется, узнай, что ее так расстроило.

— Скоро рассвет, идите спать, - посоветовала им женщина и пошла к лестнице.

— Думаю, нам есть о чем поговорить, - сказал граф, глядя перед собой на огонь в камине.

— Я вас слушаю, - ответил Виктор.

— Не здесь, - Кристиан взглянул на мага. Тот, казалось, весь был погружен в чтение.

— Хорошо, - король поднялся, ожидая дальнейших указаний.

Кристиан пересек зал и поднялся по лестнице. Виктор следовал за ним. Они прошли коридор, где были гостевые комнаты и свернули в башню. Узкая лестница вела наверх, и вскоре они оказались в просторной смотровой комнате. Широкие окна выходили на запад. Мебели никакой не было, лишь одинокий потушенный факел на стене.

— Что ты ей наговорил, ублюдок?
– граф резко схватил Виктора одной рукой за ворот рубашки и ударил о стену. Глаза его стали сплошь черными.

— Если она заболеет или опять начнет плакать дни напролет, я сверну тебе шею, - продолжал он, не получив ответа. Виктор не пытался даже сопротивляться, просто смотрел в черные глаза разъяренного демона, видя там лишь свое отражение.

— Ты мне уже надоел, - Кристиан сжал пальцы вокруг шеи соперника, вторую руку сжал в кулак и занес ее над ним.
– Почему молчишь? Тут нет твоих солдат. Я могу убить тебя и выбросить в это окно.

— Давай, - ответил король, не сводя с него безразличного взгляда. Кристиан размахнулся и ударил его в живот. Виктор закрыл глаза, но не проронил ни звука.

— Слабак, - граф отшвырнул его в противоположную стену, чувствуя, что приобретает демонический вид. Вокруг стало все видно как днем. Виктор поднялся на ноги, оставаясь стоять на месте, хотя лестница была в двух шагах.

— Иди сюда, я тебе еще врежу, - усмехнувшись и обнажив белоснежные клыки, произнес граф.

— А где крылья, летучая мышь?
– спросил с издевкой Виктор. Кристиан в мгновение ока оказался рядом и вновь схватил его за шею, но теперь он мог сломать ее, стоило лишь сильнее сдавить пальцы. Виктор напрягся, пытаясь сделать вдох.

— Еще пошутишь?
– спросил граф, наслаждаясь беспомощностью соперника. Король схватил его руку, чувствуя, что задыхается.

— Что ты ей сказал?
– повторил он вопрос, отняв руку. Виктор упал на пол, закашляв.

— Сказал, чтоб она возвращалась к тебе, - ответил он, судорожно вдыхая воздух.

— Ты издеваешься надо мной?!
– Кристиан схватил его за волосы на затылке и приподнял, развернув к себе лицом.
– Тебе еще весело?

— Ты не убьешь меня, - усмехнулся Виктор, превозмогая боль.
– Она этого не выдержит.