— Вы, верно, устали с дороги, - Велиамор сменил тему, внимательно вглядываясь в лицо графа.
– После продолжим.

Виктор кивнул и вышел, следом вышел Кристиан, прикрыв за собой дверь. Мадлена стояла около стола, наблюдая за мрачнеющим лицом мужа.

— Нельзя так оставлять, он совсем погибнет, - сказал Велиамор после паузы.
– Неужели невозможно было предотвратить это?

— Я не знаю, - женщина опустилась на стул, закрыв лицо руками.
– Я ничего не могу. Я не имею над ним силу. Он не темный, но и не человек.

— Он твой сын, - Велиамор отвернулся к окну, выходящему в сад с большим фонтаном.

— Когда я нашла его, было уже поздно, он очень изменился, - продолжала упавшим голосом волшебница.
– Он подружился с Евой, сказал, что ты веришь ей, и я не стала вмешиваться. Но, боюсь, она плохо повлияла на него. И еще эта история с принцем.

— Я все знаю, тут это не секрет, - Велиамор вздохнул.
– Но это не оправдание.

— Разве тебя не волнует, что они вместе? Ведь проклятье...
– Мадлена изумленно взглянула на него.

— Они сняли проклятье, разве ты не чувствуешь? Разве не видишь перемен? Ведь тебе хорошо известно, как можно было его снять, - маг был искренне удивлен.
– Лоакинору приходит конец. Его влияние на Кальтбэргов более не имеет силы. Остался только Эрик, его сын уже не последует за отцом. А Виктор был рожден, чтоб положить конец проклятью Лонвал. Все складывается, как должно, даже вопреки нашим расчетам и вмешательству.

— Почему ты так уверен в этом?
– не понимала женщина, наблюдая за ним.
– Чем эта война отличается от предыдущих?

— Все подтверждает это. Пророчество указывает это столетие, полукровка уже рожден, Лоакинор знает это и боится. Проклятье снято, это я могу сказать, только взглянув на Кальтбэрга. А Иоланта подтвердила мои догадки, хотя ее уже нет.

Мадлена вынула из сумки книгу и положила на стол.

— Почему же она молчит?
– спросила женщина.
– Она больше не помогает мне. Словно это простая книга. Даже полукровки в столице не смогли почувствовать ее присутствие.

— Не знаю, - покачал головой маг.
– Может, так и должно быть.

— Книга Солнца на одном из кораблей, - продолжала волшебница.
– Но они перестали реагировать друг на друга.

— Книга не в Вандершире?
– изумился Велиамор.

— Нет, принц забрал ее еще до суда, - Мадлена не могла не согласиться, что Виктор очень помог им всем, сделав это.

— Я поговорю с ним, - кивнул маг.

— Ты не знаешь всего, - она хотела рассказать о Бенедикте, но мужчина прервал ее.

— Отдохни, ты очень ослаблена, - сказал он обеспокоенно.
– Ты слабее темной принцессы.

Мадлена удивленно взглянула на него.

— Что я могу сделать для тебя?
– спросил Велиамор, приблизившись.

Она молча поднялась и приняла свой истинный облик.

— Я видела столько злости и ненависти, что удивлена, как до сих пор жива, - сказала она печально, опустив голову.
– И я не знаю, как вернуть силы без книги.

Велиамор улыбнулся и поцеловал ее.

— Я сделаю все, что будет в моих силах, - сказал он.

25е. Третий весенний месяц.

В доме градоправителя портового города Нажиб, в просторном саду, залитом солнечным светом, собрались хозяева и гости, прибывшие из Вандершира. Среди карликовых пальм и апельсиновых деревьев, растущих в горшочках, расставлены были широкие скамьи с подушками для удобства сидящих на них. Возле мраморного фонтана возвышался крытый алой материей алтарь, как в любом вандерширском храме Единого Бога. Шитые золотом узоры изображали божество и символику, присущую этой религии. На алтаре стояли лампады и курильницы с благовониями, так что присутствующие вполне могли почувствовать себя как дома на севере, несмотря на экзотическую растительность сада и пение редких южных птиц в клетке.

Священник из церкви Единого Бога, находящейся в соседнем городе, стоял перед алтарем. Садид пригласил его специально для церемонии. В Нажибе церкви этой религии не было, поскольку иджу придерживались других верований. Кожа у седовласого мужчины в алой длинной одежде была такого же темно-оливкового оттенка, как и у большинства местного населения. Только голубые глаза указывали на родство с северными народами. Он читал большую старинную книгу, удерживая ее двумя руками.

Присутствующие слушали невнимательно, разглядывая прекрасный сад с диковинными цветами и переговариваясь. Местных жителей проповедь не интересовала, а гостей вгоняла в скуку.